В чем отличие луны и солнца, так в том, что последнее не станет спрашивать дозволения, оно все равно поднимется над горизонтом и всегда найдет как пробраться даже сквозь плотные занавески. Комната уже озарилась рассеянным светом, который тут и там просачивался внутрь.
Теперь можно было разглядеть вчерашний вечерний наряд, нашедший место на пуфе возле кровати; на туалетном столике сверкали сапфировая заколка и серьги; а суровые праздничные туфли, не отличавшиеся особым комфортом, брошены рядом с дверью.
По этому беспорядку легко было проследить путь девушки, которая, очевидно, только войдя в покои, сбросила с ног обувь, затем избавилась от серег, шпилек и роскошной заколки, а после и самого платья. Дверцы шкафа были приоткрыты, оттуда вываливались повседневные наряды. Это складывало ощущение, будто оттуда что-то вытаскивали второпях первое, что попадется под руку.
Неожиданно дверь со скрипом отворилась и в нее вошла хозяйка комнаты с подносом свежей выпечки и горячего чая. Над блюдом клубился легкий пар, а аромат хлеба и чабреца с лимоном наполнили помещение особенным уютом. Девушка сияла, а увидев свою подругу, улыбнулась еще шире.
– Уже проснулась? Ну ты и засоня, никогда бы не подумала, – хихикнула Амелия.
Она прошла в дальний конец комнаты, где у окна стояло кресло и маленький кофейный столик, куда и пристроился поднос. На сиденье ютились небольшая подушка и серый плед. Сама девушка свалилась в кресло, задрала под себя ноги и налила себе в белую кружку, с расписанной золотой каемкой, чаю.
– Где ты была? – Спросила Анастасия, суровее, чем ей хотелось бы.
Спросонья никто не отличался особой вежливостью и учтивостью, к тому же, ей необходимо было выяснить, что тут происходит.
– Гуляла, – коротко ответила Амелия, проигнорировав грубость подруги.
Веснушчатая девушка пребывала в прекрасном расположении духа. Она схватилась за кусок пирога, из которого выглядывали глазки изюма и намазала на него сливочное масло, примостившееся на маленькой расписанной тарелочке. От выпечки исходил аромат ванили и сливочного крема, который покрывал лакомство по верхней корочке. Взяв кружку, она немного погрела руки, а затем сделала глоток. Напиток оказался настолько горячим, что обжег девушке язык. Такая неприятность была нередкостью и уж тем более не могла испортить Амелии настроение. Закинув в рот ломтик пирога, она взглянула на подругу, которая все это время лежала молча и выжидала рассказа девушки о прошедшей ночи.
– Наше знакомство с Александром задалось не сразу. Как оказалось, в обществе красивых парней я напрочь теряю дар речи, – начала она, не отрываясь от завтрака. – Конечно, я была очень расстроена, ведь он мне очень нравится, – пробубнила она с набитым ртом. – И мне бы хотелось узнать его получше. Вернувшись в комнату, я обнаружила записку. Она была втиснута мне за шиворот… не спрашивай как я раньше этого не заметила, я не знаю…
Амелия взяла паузу и отвлеклась сделать очередной глоток чая, на этот раз куда осторожнее поднося чашку к губам. Она подула на жидкость и тихонько щрумкнула.
– Там было написано, что он будет ждать на площади возле самого большого дуба. Было очень страшно идти, темно и холодно, да еще и к совершенно незнакомому человеку, но я рискнула и мы провели чудесную ночь вместе: бродили по улицам и много разговаривали, – презюмировала девушка.
– Холодно же, – подала бесцветный голос Анастасия.
Ей совершенно не хотелось вдаваться в подробности и уже тем более не хотелось думать о том, как хорошо ее Амелии рядом с этим чужаком.
– И правда… не знаю как, но я совсем не замерзла, – задумалась Амелия и вперила глаза в чашку. – Будешь чаю?
– Я еще не умывалась, – прохрипела Анастасия и поспешила подняться и вернуться к себе.
Она села на кровати и барахтая ногами, нащупала свои мягкие тапочки, примостившиеся рядом с ложе и скользнула в них. Истосковавшись по хозяйке, они совсем остыли и теперь немного морозили ноги. Анастасия потерла лицо руками, чтобы окончательно привести себя в чувство и не спеша поднялась. Ее вид был мрачнее тучи, от чего у Амелии неприятно защемило в груди.
– Все хорошо? – Бросила ей в след Амелия.
– Да, – коротко ответила Анастасия и скрылась за дверью.
Утро прошло уныло, Амелия умылась, сменила одежду и забралась в кровать, которую всю ночь грела ее подруга. Девушка грезила о своем сердечном друге. Она прокручивала в голове события прошедшей ночи: вот он берет ее за руку, целует в щеку, плотнее завязывает шарф, глядя прямо в глаза. Так она медленно провалилась в Соннаго, где милостивый Хранитель позволил увидеть сон.
Ей снился он: его пшеничные волосы, яркие голубые глаза и веснушчатое лицо, в лучах закатного солнца. Он выглядел как ангел сошедший с небес, чтобы защищать ее от всего. Так рядом и так далеко. Он улыбался, протягивая руку. Она побежала к нему, покой разливался по ее телу, в душе стало очень тепло. Под ногами возникло ощущение, что она не бежит, а летит.
