– Какой, на хрен, «теневой наместник»? Ты же, вроде умный мужик? Кончай бухать Нейтан, и проветри помещение. Вместе с затхлым воздухом уйдут все страхи.
– Я давно живу на свете. Знаю, что звучу как дряхлый старик, но я только в Сарноме двадцать три года.
– Только не говори мне, что сейчас будет история. – Скривился Акутус
– Я сбежал из глухой деревеньки, – не обращая внимания, продолжал Белл, – довольно рано осознав, что сбор брюквы от зари до заката, это не то чем я хочу заниматься в жизни. Здесь, я начинал с низов. Кулачные бои за деньги, мелкие кражи. Однажды чуть в банду не вступил, но они нарвались на засаду и стража их всех перебила. Я понял, что и этот путь мне не подходит. Из общей массы, таких же парней без будущего, меня выделяло то, что я старался не принимать сторон и был общителен. В любой таверне, я мог подсесть к кому угодно и тут же влезть ему в душу и уже через пять минут мы были друзьями. Часто бывало, я начинал пить с одной бандой, а заканчивал с их конкурентами, и везде меня считали за своего. Умение договориться с каждым, это и определило мое дальнейшее развитие. Общение с людьми, штука полезная. Ты бы тоже как ни будь попробовал.
– Фу.
– В общем, я считаю, что достиг вершины в этом умении, раз уж и с тобой у меня общаться получается.– Белл подкурил очередную сигару. – Так о чем это я?
– Понятия не имею. – Акутус достал карманные часы и посмотрел на время. – Но у тебя минут пятнадцать. Потом я уйду. В не зависимости придешь ты к какой-то мысли или нет.
– А! Общаясь со многими, я много чего слышал, много узнавал. Я тоже, не баба базарная, слухи не шибко жалую. Но за эти двадцать три года… Ты слышал про Молотка или, например Костлявого?
– Нет.
– Вот! А еще лет пятнадцать назад о них знали, не только в Сарноме, но и окрестностях. Лютые, были типы. Ни боялись, ни богов, ни демонов. А их боялись все. А банды насчитывали до полусотни человек. Но в один момент, больше, ни кто про них не слышал. И почти ни кто уже не помнит. Их просто не стало. А их место заняли совсем другие люди и интересы, аппетиты и численность банд становилась существенно скромнее.
– Этому могло быть множество причин. От внутреннего переворота, до заказа со стороны, например нашим товарищам. – Он кивнул в сторону неподвижно стоящих убийц.
– Могло. Вот только такое случалось не раз и не только с бандитами. Через чур, ретивые законники, так же исчезали. Каждый раз одно и то же. Появляются люди, всегда разные, с ненавязчивыми расспросами. Впоследствии интерес проявляется, более активно. Если у человека есть какие-то дела, они непременно идут коту под хвост, а потом и о человеке уже ни кто не слышал. Месяц назад, такие вопросы стали задавать обо мне. Вначале я тоже не придал этому особого значения. Мало ли кто и зачем мной интересуется. За все годы я привык и к конкуренции и недовольным клиентам. При всей моей открытости у меня даже были враги. Но всегда было понятно, с кем я имею дело, и какого хрена им от меня надо. В этот раз, все попытки выяснить кому я понадобился, приводили к тому, что моих людей находили мертвыми, за городом или не находили вовсе. Потом начали срываться сделки. Я человек уважаемый, в своих кругах, но со мной, вдруг, перестали вести дела. Один из матерых, я сделал его богатым, устроив пару выгодных встреч, шепнул мне, что за мое местонахождение дают хорошие деньги, что с каждым днем сумма растет и будь он моложе и беднее, то и сам бы покусился на награду. Сказал он мне это перед тем как покинуть Сарном навсегда.
– Один из преступных главарей, уехал из города на совсем?
– Скорее сбежал. И не только он. Я знаю еще о троих. О чем тебе это говорит?
– Крысы бегут с корабля?
– Самые жирные, зубастые и опасные крысы, собирают манатки и уезжают. Кому как не теневому наместнику, это под силу?
– И чем же ты так не угодил ему, раз всем дали уехать, а тебя ищут? – Акутус решил подыграть.
– Вопрос на сто двадцать четыре золотые монеты. Такой была награда, когда я последний раз узнавал.
– Солидно. Допустим, всего на мгновение, что я тебе поверил. Я все же, не очень понимаю, как во всю эту страшилку о теневом наместнике, вписывается Густавсон?
– Может и ни как. А может он ключ ко всему. – Белл встал за очередной бутылкой.
– А можно по конкретней?
– Когда все стало усугубляться, несколько моих укрытий, подверглись нападениям, и я спрятался здесь, мне стало трудно получать информацию извне. Я тогда, не без труда, свел тебя со вдовой. Еще сложнее, оказалось, передать через нее послание. Но последнее о чем я слышал, что тобой так, же интересуются.
– Мной, всегда кто ни будь интересуется. – Акутус вырвал бутылку из рук Балла. – И ты теряешь нить разговора.
