С этими словами его мать повернулась лицом к красавице в красной тунике и подняла свою изящную руку, в которой внезапно, словно из ниоткуда, появился нож, вырезанный из цельного куска дерева.
Ее голос стал твердым и решительным:
Стоящая перед ней девушка улыбнулась, ее лучистые глаза засияли яростным светом.
***
Санни полз по пеплу, задыхаясь от горького дыма. Слезы текли по его морщинистым щекам, испаряясь из-за страшной жары. Его сердце болело... о, оно болело так ужасно!
Все его тело было охвачено болью. А вокруг него горела Священная Роща, охваченная испепеляющим, яростным огнем. Он слышал крики ее обитателей, отдававшиеся эхом в непроглядной тьме: и люди, и звери сгорали заживо, когда весь их мир медленно превращался в пепел.
«Как это может быть... как, как?!»
Подталкивая себя вперед слабыми руками бесполезного старика, он пополз к хрупкой фигурке, лежащей на земле в нескольких метрах... так, так далеко... в стороне.
Он отказывался умирать, не добравшись до нее.
Земля обжигала его ладони, которые теперь покрылись ужасными волдырями, но он полз вперед, не желая сдаваться.
«Мама...»
И вот, наконец, он добрался до нее.
Госпожа Рощи лежала мертвая среди огня, осколки странного железного кинжала шипели в залитой кровью грязи вокруг нее. Глотая слезы, Санни неловко обнял ее тело и издал придушенный вопль.
Почему... почему это чувство было таким знакомым? Как будто он уже чувствовал эту боль однажды, давным-давно, уже... в другом мире...
Но что бы он ни делал, он не мог. Даже если это был всего лишь кошмар, он был заперт в нем, не в силах выбраться.
«В ловушке... кошмара?»
Когда эта странная мысль пронеслась в его голове, ствол древнего дерева внезапно упал неподалеку, подняв в воздух вихрь огненных искр и горящих обломков. Санни уставился на него, чувствуя, как его зрение темнеет, а мысли исчезают одна за другой.
Он кашлял, не в силах остановиться... он не мог дышать... он задыхался...
«Как это случилось?»
Старик уставился на горящий лес, его глаза пылали от горя и безумного неверия.
Как Священная Роща могла быть уничтожена?
Разве она не должна была стоять высокой, красивой и спокойной долгое время после его смерти?
Разве она не должна была пережить его?
Чувство абсолютной, беспросветной печали и отчаяния затопило его разум, как дым топит легкие, а боль
«Это кошмар... просто кошмар... это не может быть реальностью... нет, нет, нет!»
Эта горькая мысль была последней, которая появилась в голове Санни перед тем, как он провалился в обжигающую темноту.
И в этой темноте, одинокий и страдающий, он умер.
***
Боль, боль, боль...
Ужасная, мучительная боль.
Его сердце болело, но и всё тело тоже.
Санни не мог открыть глаза, потому что они были склеены засохшей кровью. А если бы и открыл, то увидел бы лишь темные стены подземной камеры, где он был прикован к ржавому пыточному устройству, раскаленные металлические шипы вонзались в его тело.
Потерянный и всеми забытый, вдали от света благословенного солнца...
Знакомый голос ворвался в его уши, заставив его вздрогнуть.
«Еще одна пытка...»
Санни вздохнул, слишком хорошо зная, что его ожидает.
Он едва мог вспомнить, кем был до того, как оказался в этом холодном подземелье, или почему его мучает обладатель проклятого голоса. Все, что он знал,
Однако на этот раз все это не казалось таким ужасным. Что могло быть хуже того кошмара, который он только что видел?
Солвейн, Эйдре, Ноктис... имена казались знакомыми. Может быть, он когда-то знал этих людей? До этого ада... если, конечно, что-то вообще существовало за его пределами.
В любом случае, это не имело значения.
Все, что имело значение,
Он стиснул зубы.
Пора было встретить новый день...
Глава 637: Железная Клетка
Пытки продолжались без конца.
День за днем, ночь за ночью.
Санни кричал, когда у него был голос, и молчал, когда терял его. Когда-то давно... десятилетия назад... у него еще оставалась гордость, и он терпел мучения, не доставляя мучителю удовольствия слышать его вопль, плач и мольбы.
Но в этом не было смысла. Гордости здесь не было места... только боль.
Любой должен был умереть от нечеловеческих мук, которым его подвергали, и от ужасных ран, нанесенных его телу. Но Санни не умирал... не мог умереть... и поэтому его мучениям не было конца.
Каждое утро его раны исчезали, как будто он рождался заново. Каждое утро мучитель возвращался, и цикл продолжался.
