Как и их противники, РВСК и «Боливарианское Движение» подходят к конфликту со всей серьезностью, тогда как его последствия их не волнуют. «Нас не слишком привлекает снабжать людей наркотиками, но движение решило по финансовым причинам объединиться с кокалерос, – объясняет Лола. – Но мы не производим кокаин. Наше руководство просто берет у крестьян десятую часть их урожая, а взамен обеспечивает его системой социальной защиты».
Точно установить, какую именно роль РВСК играют в кокаиновой индустрии, непросто, если не считать того факта, что они защищают посадки и стимулируют их расширение. Именно с такой их деятельностью и столкнулась Сусанна Кастильо. «Мы сделали то, что все тогда сделали, – переключились с бананов и кукурузы на коку, – продолжала она. – На самом деле, мы выращивали коку не сами – мы сдавали свою землю кокалеро, а он выращивал урожай. Он платил РВСК налог, и мы тоже платили им налог с той арендной платы, которую получали от него». Трогательное обстоятельство: те 10%, которые РВСК взимают с каждого урожая, сознательно подражают традиции сбора церковной десятины.
Такие условия приносили семерым членам семьи Кастильо около 2 тыс. долларов в месяц – не бог весть какие деньги, если учесть, что шестеро членов семьи были в трудоспособном возрасте, но если учитывать, что свыше 50% колумбийцев живет всего на 2 доллара в день, это была приличная сумма.
В ноябре 1998 года президент Андреас Пастрана, в надежде вдохнуть жизнь в затухающий процесс мирных переговоров с колумбийскими партизанами, пошел на чрезвычайные меры: он приказал армии и полиции покинуть обширные районы страны (по площади примерно равные Швейцарии) в провинциях Мета и Какуэта. В результате РВСК получили полный контроль над так называемой деспехой («освобожденные земли»), – сюда попала большая часть Макарена, а также земля семьи Кастильо.
Многие колумбийцы впоследствии резко осуждали Пастрану за создание деспехи, не без оснований утверждая, что этот шаг позволил РВСК укрепить свои вооруженные формирования. Они указывали, кроме того, что перемирие не убедило партизан отказаться от своего излюбленного занятия – похищения людей, которое преследовало финансовые или политические цели. В 2002 году, готовясь уступить свой пост Альваро Урибе, Пастрана объявил об отмене этого соглашения и предостерег РВСК, что правительство намеревается восстановить свой суверенитет над деспехой при помощи силы.
Для семейства Кастильо это были плохие новости. Пока режим деспехи был в силе, их бизнес процветал – РВСК их не трогали, если не считать сбора налогов, а на крушение рынка коки ничто не указывало. Но после того как в должность вступил президент Урибе, правительство заявило о своем намерении дать РВСК военный отпор и отвоевать у них Макарену. Сусанна Кастильо внезапно обнаружила, что оказалась на передовой линии жестокой войны.
«Когда коку начали искоренять вручную, РВСК стали куда более агрессивными, – поясняет Сандро Кальвани из ООН. – Мы впервые увидели, что партизаны защищают урожай так, словно кто-то покусился на их банковский сейф. Если бы кто-то решил прибрать к рукам мой пенсионный фонд, я бы тоже вел себя агрессивно. Урожаи Макарены были тем источником, из которого они финансировали свои операции».
«Весь 2005 год дела шли только хуже, – вспоминала Сусанна. – В феврале трое детей, игравших на поле, подорвались на мине». РВСК установили в этом регионе немало мин, когда колумбийская армия стала готовить наступление, – правительство США хотело увидеть какие-то результаты от тех миллиардов долларов, которые оно вбухало в программу искоренения коки и войну с РВСК. В политической воле для ведения войны недостатка не было, зато была юридическая проблема: Ла Макарена – это национальный парк, так что там строго воспрещен излюбленный метод, с помощью которого Вашингтон уничтожает коку, – опрыскивание плантаций глифосфатом, губительным гербицидом, который выпускает «Дау Кемикалс», а компания «Динкорп» распыляет на местности. Сколько уникальной флоры и фауны Ла Макарены погибло бы в этом случае вместе с кокой?
Вместо этого президент Урибе объявил о другом плане, «Зеленая Колумбия», предполагавшем посылку сотен крестьян под защитой солдат для искоренения плантаций коки (что в любом случае является более эффективным способом уничтожения растений, чем опыление). Для РВСК это стало огромной проблемой: правительство не только собиралось вторгнуться на их территорию, но и в буквальном смысле вырвать с корнем источники их доходов.
