— Приветствую в моем заведении, — пожилая женщина с менторским выражением лица одарила гостей сдержанной улыбкой, — мое имя мадам Ингрид. Чем могу вам помочь? У нас в «Мире» девочки со всего света, способные удовлетворить вкусы самого притязательного клиента.
— Ну-ну.
— Вы к нам устраиваться? — мадам вскинула бровь и обошла Николетт, разглядывая ее с пристрастием ювелира, — Что ж, данные неплохие, бедра широкие, грудь подтянута, однако мужиковата, но на лицо не уродина. — задержала взгляд на шраме, — с нюансами. Анал, орал? Или нечто из экзотики? Запомни милочка, твои только тридцать процентов от клиента, и ноль целых две десятых от общей выручки борделя. Считай ежеквартальной премии. Деньги на руки раз неделю. Испытательный срок месяц. Вопросы?
— Что? Я не шлюха! — от уверенной в себе женщины, коей Нико казалась по началу, сейчас осталась раскрасневшаяся девица, которую будто раздели перед мужчиной для первого раза.
— Прости милая, я не сразу поняла! — Разулыбалась мадам и приобняла Нико за плечи, — нам как раз недостает сопрано, ты в каких диапазонах поешь?
— Я…э…с ними пришла! — она указала на Винсента, который в это время склонился к ковру по которому прошла пышная блондинка и тщательно там что-то вынюхивал, то и дело тыкая в сомнительное пятно пальцем.
— Оу, у нас такое редкость, но если любите групповушки, мы не против, но ценник идет двукратный! Вам понадобиться большая комната, я права? — она перевела взгляд водянистых глаз на Айвена, — Этот мужчина с вами?
— Да, но я здесь не за этим, мадам, — откашлялся Орнот, — прошу прощения, что прерываю, мы скромное сопровождения герцога Ван Рейна. В общем-то, у меня деликатный вопрос, вы ведь знаете всех девушек в борделе? — пожилая женщина молча кивнула, — Я ищу девушку, с вьющимися каштановыми волосами, ее имя Джин, и я…
— Моя дочь не продается, мистер Морус, при всем моем уважение к высокопоставленным гостям.
— Нет, что вы я не по этому поводу, мне хотелось бы с ней просто поговорить.
Ингрид недоверчиво сощурилась, ее лицо исказилось старческими морщинами, и она медленно заговорила, отчеканивая каждое слово, словно пробуя его на вкус.
— Ее здесь нет. Со вчерашнего вечера. Все девочки вернулись от вас, кроме нее. Вы ничего не хотите рассказать мне, советник? И не делайте такое удивленное лицо, я знаю всех влиятельных людей Энкёрста.
Орн почувствовал, как лоб покрылся предательской испариной, а губы задрожали.
— Нет, я не видел ее, потому и спрашиваю у вас, мадам.
— Вы услышали мой ответ.
— Да, благодарю, надеюсь, она вскоре объявится.
— Виолетта, — рявкнула Ингрид, — займись нашими гостями!
Из глубины широкого задымленного зала, заваленного подушками с торчащими тут и там кальянами, девушка спустилась по винтовой лестнице и шатаясь не меньше Винсента, выглянула из-за штор. Стоп, а это не она вчера с Трясучкой развлекалась? О Зодиаки. Она грациозно, почти не упав, подошла к ним, подмигнула Айвену, и потянула Орнота за рукав. В глубь пестрого борделя, где каждый запах олицетворял свой тип красоты, где нимфы купались в молоке пикантного дыма, заманивая в свои сети любого, кто посмеет войти.
— Извините, — хриплый голос Нико растворился в сизых клубах миража за спиной уходящего Орна, — так что там насчет сопрано?
«Безопаснее внушать страх, нежели любовь»
Гиллиан Флинн
Острые предметы
Джин
С заплесневелого потолка вода капля за каплей падала в сложенные ладони Джин. Ее пересохшие от жажды губы коснулись кромки влаги, и с жадностью испили все в один глоток. Во рту засаднило, поджившие ссадины не лице запылали новой волной боли, девушка поморщилась, прижимаясь к холодной каменной стене подвала.
Спина взмокла от пота и сырости, мурашки не отступали и вызывали все большую дрожь с каждой новой секундой. Тик-так, падает вода на пол, так утекает время, или это обратный отчет ведущий к логичному финалу?
Где-то в темечке гудела жгучая боль, такая мерзкая, как при мигрени или повышенном давлении, словно на голову давят подошвой ботинка, стараясь втоптать тебя в грязь. Знакомое ощущение. Неприятное.
Джин провела языком под распухшей губой, нащупывая шатающийся зуб. Она прикрыла глаза и притянула колени к голой груди, уткнувшись в них носом. Горячие слёзы давно высохли на распухших глазах, единственное тепло, которое касалось ее тела за последние сутки. Голос осип, она была не в силах более звать на помощь, да и кого? Боги, если они конечно есть, не услышат ее мольбы.
Лишь тихий шепот звенящего металла уже несколько часов отдавал в ушах нестерпимым отзвуком. Джин будучи дочерью кузнеца-неудачника, одно время привыкла к стуку молота о наковальню, но сейчас, кажется, кто-то высекал искры в подкорке ее черепа, скрепа железными когтями, как бесноватая крыса взаперти. Затем он прекратился, его сменили размеренные грузные шаги, с каждой секундой звучащие все отчетливее и ближе, а вместе с ними и животный ужас нарастающий в сердце Джин все сильнее с их приближением.