— Ничего. — Развел руками шифр, — совершенно ничего, просто мне казалось, вид из камеры заключения не самый лучший. Из него, как бы сказать, малость плохо видно. И не смотри на меня так, словно только что обосрал свои новенькие штанишки. Для изменника казнь это вопрос времени, которого у него по сути уже нет, и знаешь чего я жажду больше всего на свете? Что во время пыток, наш заикающийся друг пропоет твое имя громче всех. Отчётливо и многократно.
— Это какая-то ошибка, — не верил своим ушам Орнот, уж в ком он никогда не сомневался, так это в министре, — или глупая шутка.
Мартин развел руками.
— Если государственная измена и шпионаж для тебя шутка, Морус, то долго ты не проживешь. Отныне я буду пристально наблюдать за тобой, когда ты спишь, когда ты ешь, когда срешь и сколько раз стряхиваешь член, после того как помочишься. И если у меня появятся малейшие подозрения исходя из твоего поведения, я немедля ни секунды отправлю тебя к твоей подружке на нары, усёк?
— Да. Я усёк.
Если Мартин прознает у Эрсуса про Бальдера, а он прознает, это факт который бессмысленно отрицать, то голова Орнота полетит с плеч быстрее, чем он успеет прикоснуться к горлышку очередной бутылки. Что ж, последний пир похоже состоялся, и наряд для похорон в самый раз. Все хотят умереть в красивой одежде, не правда ли?
Мартин
Пасторальные пейзажи радовали неискушенный глаз, небесная фреска оказалась на удивление чистой, после вчерашнего ненастья, лишь местами окрашенная размытой сиренью. На лысеющих деревьях сидели птички, кажется сойки, если познания шифра в области орнитологии оказались верны. Солнечный свет расплавленным золотом стекал по вершине Стеклянного Пика, в чреве которого был выструган королевский дворец.
Гнедой жеребец Мартина лениво перебирал копытами, окуная подковы в ладно сложенные осенние листья, пестрым ковром выстланных на дороге, ведущей в великий собор Dominus Vita, подле очаровательного пруда с парой красных лебедей.
Красивое описание, подумал Мартин и дал себе зарок больше не читать женских романов, они дурно влияют на мозг. Но сука, какие же они интересные.
— Мартин, — подал сдавленный голос советник, скачущий рядом, — скажи, ты веришь в чудеса?
— Угу. И в магию и в сказочных фей. Верю в то, что ты заколдованный тролль, потому что настолько непроходимо тупыми люди не бывают.
Магия, если она когда и была в этом мире, давно исчезла, вместе с порядочными людьми.
— Я серьезно. — Морус выглядел сегодня на редкость печальным, куда девался придурковатый советник, над которым грех было не поиздеваться всласть?
«Из-за вредности своей натуры» — Мыслей коснулась фраза Бальдера сказанная в вечер грандиозной пьянки, может и впрямь стоит поумерить пыл?
— Я тоже.
— Почему ты меня так ненавидишь? — этот вопрос застал бывалого шифра врасплох.
— Тебе нужна причина, Морус? Я ненавижу всех без исключения, не обольщайся конкретно на свой счет. Ты не особенный.
Тут он слукавил. По мнению Мартина война бы закончилась, не начавшись из-за полного бардака в личном составе. На руководящих должностях сплошь идиоты едва оторвавшиеся от сиськи матери, и белоручки не способные самостоятельно подтереть себе зад. И честно, вся эта профанация погорела бы в лёт, но благодаря умелым манипуляциям со стороны кукловодов, таких как Френсис Рэдхарт и Альбер Айн Кёрст, стоящих за спиной этой вакханалии, случилось форменное чудо, иначе это не назвать. Чудо, в которое Мартину с трудом верилось.
Рэдхарт выдал разбирающихся в военной науке людей и снабжении, О’Нил же удобрил все это дело баснословными деньгами, подкупами, убийствами и шантажами всех несогласных с новым режимом. В итоге альянс сволочей, сумел устранить угрозу и посадил на трон своего ручного попугая.
Что до советника, то в глазах Мартина он представал обычным огородным пугалом, с набитой соломой головой. Какой инструмент ему в руки не дай, в какой наряд не одень, функционал останется неизменным. Этот болван, не разбирающийся даже в том, как совать хрен в дырку, умудрился просрать часть земель, тупо угробив их. Конечно, тактика огня и меча хороша, но не когда ты ступаешь по собственным землям. С легкой руки Моруса, шифр стал свидетелем того, как женщины и дети горят заживо в собственных домах. Как лошади объятые пламенем носятся и поджигают поля урожая, как невооруженные крестьяне гибнут под копытами всадников своего освободителя. И самое поганое, наблюдать, как этот выскочка с довольной рожей прохаживается по пепелищу, по догорающим остовам и рассказывает Бальдеру об успешно выполненной миссии и подавленном восстании. Сосунку было невдомек, что по его инициативе здесь устроили ад.
Потому да, причина ненавидеть Моруса, у Мартина была. Существуют куда более опытные, а главное компетентные люди, заслуживающие быть подле короля и давать ему действительно ценные советы. А балбес, который всего лишь оказался в нужное время в нужном месте не заслуживает такой чести.