– И что мы будем делать, когда окажемся перед зеркалом, если больше ничего не узнаем? Инфорбации недостаточно. Возбожно, завтра у нас будет последний шанс попасть в императорский дворец. Нашим бриоритетом должна оставаться лестница.
– Какая лестница? – робко спросила Ло Шэнь, цепляясь за руку Энея.
– Лестница в облака, – ответил Эней, поцеловав ее в щеку.
– Вы хотите присоединиться к ткачихе через сорочий мост?
– Божет быть… – произнес Леонель. – Что ты знаешь об этом?
– Она подслушивала той ночью, – вполголоса заметила Брисеида.
– В седьмую ночь седьмого месяца, – прочитала Ло Шэнь, – куртизанки поют, сплетая шелковые нити, чтобы помочь юноше найти нить небесной феи.
– Ткачиха поет? – спросил Эней.
– Нет, она плетет шелковую нить, – сказала Брисеида, а Ло Шэнь покачала головой:
– Да, ткачиха поет, чтобы помочь ему найти шелковую нить, которую она спускает через облака. Затем он взбирается по шелковой нити и поднимается на сорочий мост.
– Она поет? Ты уверена?
– Да, и он повторяет каждое слово за ней, чтобы отыскать путь.
– Что еще бридумаешь, Ло Шэнь?
– Она не выдумывает, Леонель, все правда, – сказала Брисеида, ее пальцы побелели, когда она крепко сжала книгу фэн-шуй. – В Цитадели есть песенная карта, которая поможет найти дорогу в лабиринте ее коридоров. Однажды я видела, как мой друг Бенджи использовал такую карту, но он не дал мне ее и не объяснил, как ею пользоваться. Эта карта должна пригодиться и снаружи, чтобы найти путь обратно в Цитадель. Что это за песня, Ло Шэнь? Песня, в которой нужно считать шаги?
– Да, кажется, да… Я плохо помню, но в библиотеке дедушки Менга есть книга о легенде о ткачихе.
– Ну, разумеется… И Менг, конечно, об этом знает, – нахмурилась Брисеида. – Не могу в это поверить.
– Думаешь, он специально скрыл это от нас?
– Я бы так и боступил, если бы хотел, чтобы вы оставили меня в бокое с этой историей про ткачиху, – заметил Леонель.
– Ло Шэнь, как ты думаешь, сможешь ли ты найти эту книгу среди всех свитков в библиотеке? – спросил Эней.
В глазах Ло Шэнь засверкали звезды. Она энергично кивала головой.
– Бай, наверное, уже ушел в свою комнату, но я не думаю, что у нас есть бного времени до возвращения остальных, – сказал Леонель. – Сейчас или никогда.
– Быстрее, за мной! – взволнованно прошептала Ло Шэнь, прекрасно понимая всю важность секретности их миссии. – Пройдя через двор наложниц, мы сможем незаметно пробраться в библиотеку!
Они благополучно добрались до библиотеки, но черная майна начала щебетать, как только они переступили порог.
– Он должен перестать каркать, – сказала Ло Шэнь, – иначе придет большой двоюродный дедушка Бай и увидит, что происходит!
– Заткнись, гтица! – тихо сказал Леонель, подходя к клетке. – Заткнись, дурак! Может, заткнешься, болван?
Когда та не замолчала, он просунул руку между достаточно широкими прутьями. Птица отлетела, торопливо хлопая крыльями, ударилась о ворота, щебеча еще громче.
– Что ты делаешь? Прекрати! – воскликнул Эней.
– Я бытаюсь схватить его, чтобы бридушить! Греки ведь так делают, да?
– Со свиньями, а не с птицей! Ты идиот! Тише! Помолчи, птица! – сказал Эней, подталкивая Леонеля, чтобы тот занял свое место. – Тише, птица, пожалуйста! Видишь, она успокаивается. Не надо обижать птиц.
Леонель закатил глаза.
– Думаю, книга там, – прошептала Ло Шэнь, указывая на ближайшую к потолку полку.
Леонель поднял ее, чтобы она могла выбрать несколько свертков, которые разложила на полу.
– Вот она! – сказала девочка через мгновение, указывая на первое изображение на только что открытом свитке, на котором благородная женщина ткала шелковую нить с вершины облака.
Она провела пальцем по каллиграфическим надписям, развернула свиток на несколько метров с помощью Брисеиды.
– Вот она, песня! Слушайте!
Ло Шэнь прочистила горло и, следя пальцем за китайскими знаками, провозгласила:
