Безусловно, этот материал можно отнести к разряду невероятно стойких, ведь его довольно-таки сложно испортить и растворить даже в кислотах, а также в обычной воде, ведь это ни что иное, как смола, которая вытекала из повреждений коры хвойных деревьев, тем самым защищая их от насекомых и грибков, окаменевала путем полимеризации, а после ледникового периода попадала в море. Однако даже такой уникальный «камень» мог быть размягчен, полностью потеряв приданную ему форму в кипящей воде, которая вполне могла его окутать во время пожара после попадания в борт судна торпед.
Именно поэтому опасения Валерия относительно сохранности сокровища были небеспочвенны. Он продолжал грести своими ластами по проходам, осматривая каждый закуток, но ничего не находил. То было сродни проклятью. Абсолютно каждый сохранившийся в относительной целостности ящик оказывался либо пустым, либо содержал в себя поросший ракушками и водорослями хлам. С каждой секундой отчаяние становилось все больше. Нервы начали быстро сдавать, а Виноградов совершенно не мог поверить в то, что его предположение оказалось неверным. Оставалось лишь две коробки с закрытыми крышками.
Подплыв поближе, молодой человек осторожно с замиранием сердца приподнял одну из них, тут же разочарованно кинув ее вниз. Внутри лишь плавал косяк рыб, устроивших там себе безопасный домик.
— Проклятье! — пронеслось у него в голове. — Ладно, еще остается последний шанс.
Другой ящик был укреплен значительно лучше. На удивление, у него даже не сорвало металлические скобы, удерживающие верхнюю часть в закрытом состоянии. Скинув их из пазов, Виноградов затаил дыхание, став осторожно приподнимать отделяющее его от успеха препятствие, боясь заглянуть внутрь. Он даже закрыл глаза, опасаясь, что ничего там не увидит, однако нужно было рано или поздно смотреть. Оттягивать этот момент до бесконечности стало просто невозможно.
— Нет! Почему! — возмутился Валерий, увидев перед собой абсолютную пустоту и выплюнув случайно в воду несколько пузырьков с кислородом. — Она должна быть здесь, я не мог ошибиться! Наверное, просто не тот трюм!
Охотник за сокровищами жадно осматривался по кругу, стараясь заметить хоть одно место, которое он пропустил, однако ничего не находил. Отчаяние накатывало с новой силой. Совершенно забыв о воздухе, Виноградов решил обратить свое внимание на этот момент, к своему глубочайшему удивлению, обнаружив, что баллон уже был в красной зоне. Времени обследовать что-то еще просто не оставалось, нужно возвращаться.
Скрипя душой, надеясь сюда еще вернуться, молодой человек быстро погреб в сторону выхода, решив как можно скорее подняться на поверхность и обсудить со Светланой и Паулем план дальнейших действий. Он шустро перебирал ластами, двигаясь наверх, видя отражающиеся в бликах воды солнечные лучи и качающееся на волнах дно лодки.
Поднявшись на поверхность, Валерий быстро выплюнул изо рта трубку, став жадно хватать ртом воздух, после чего снял плавательные очки, ожидая увидеть прямо перед собой лицо кого-нибудь из товарищей. Однако каково же было его удивление, когда прямо перед глазами оказалась значительно превосходящее их катер судно с яркой синей полосой посередине, поверх которой был выбит белыми буквами текст на польском.
На охотника за сокровищами свысока смотрели трое неизвестных ему людей в форме, загадочно улыбаясь, посмеиваясь между собой.
— Chłopaki, spójrzcie, kogo złapali![1] — заявил один из них, в голос заорав от удовлетворения собственной шуткой.
[1]
Глава 51
Валерия под руки вытащили из воды. Он совершенно не понимал, что произошло, а особенно: куда делись Пауль и Светлана, однако предположения относительно поляков имелись. Молодой человек знал о том, что в этом месте нельзя погружаться и предполагал, что появились они здесь именно по этой причине.
Пограничники с силой посадили Виноградова на ближайшую скамью, после чего сняли с него кислородный баллон и маску, внимательно вглядываясь в лицо.
— Kto to jest z nami?[1] — заявил один из них, грозно нахмурив брови.
Другой же разговаривал с кем-то по рации, довольно и весело улыбаясь.
— Я ничего не понимаю. Простите, но не знаю Ваш язык, — ответил молодой человек, бегая взглядом между ними троими.
— I rosyjski! Szczęśliwego dnia dzisiaj[2], — сказал второй, похлопав третьего по плечу. — Co z tym zrobimy?
— Poczekamy na naszych kolegów i musimy zabrać go na ląd na policję. Niech najpierw dowiedzą się, jak się tu dostał[3], — ответил ему более возрастной мужчина, который, видимо, был главным и, закончив передавать информацию по рации, подошел ближе, пожирая взглядом загадочного иностранца. — O czym tu zapominasz, Ruski?
Валерию лишь оставалось многозначительно на него посмотреть, совершенно не понимая, что тот от него хочет. Из всех этих фраз молодой человек осознал только то, что его идентифицировали, как русского. Остальное оставалось загадкой.
