Час спустя они всё так же сидели за столом, но теперь вместо еды на нём был расстелен большой лист бумаги. Тео заканчивал чертить на нём схему помещения банка. Часть рисовал по памяти, что-то узнал из компьютерной сети банка. Все комнаты и важные нюансы, вроде тревожных кнопок, камер наблюдения и дверей на кодовых замках были отмечены соответствующим цветом.
Эта схема готовилась для уточнения деталей, и теперь Свон сверялся с планом, который тоже разработал Тео. Вносились мелкие корректировки, распределялись обязанности. Хоть и предстояла ночная работа, но каждый должен знать, что делать, иначе что-то могло пойти не так. Мик был уже не в состоянии очередной раз выслушивать план, ему это надоело, и он, вскочив, отправился в гараж проверять оборудование.
Свон изучал схему, что-то бормоча себе под нос, а потом спросил:
— Слушай, я не лезу в эти твои хакерские штуки, но объясни ещё раз, как пойдёт дело.
Тео закончил рисовать контур вдоль всех стеклянных стен зала.
— Я подниму жалюзи дистанционно. Камеры к тому моменту я разверну внутрь, все без исключения, аккуратно подменив настройки обзора. На пульте охраны никто ничего не заметит. К тому же, ночью будет дежурить некий Ральф Качински. Судя по характеристике, лентяй и обжора. Он, даже если что-то и услышит, может не выйти на проверку.
Свон удовлетворённо кивнул.
— Дальше, пока мы ещё не вошли, включу записи последнего часа на экранах его мониторов и закольцую их. А на случай, если охранник всё же решит выйти на проверку, я заблокирую дверь его каморки, сменив текущий пароль. К тому времени мы уже окажемся внутри, и я установлю «глушилку». Мобильная связь будет блокирована в радиусе полусотни метров.
— Эй, народ! — Крикнул из гаража Мик, — А где у нас маски?
— Они не понадобятся! Но если тебе так будет спокойнее, можешь взять мою шапку! — Громко ответил ему Тео.
— Дальше в дело вступает Мик. Он прорезает отверстие в двери хранилища, там есть слабое место, всего тринадцать сантиметров толщиной. Затем я эндоскопическим зондом провожу внутрь кабель, подключаюсь к замку и взламываю код. Здесь потребуется время, но это вполне реально. После дверь открывается, мы высверливаем ячейки, забираем добычу и уходим.
— А это твоё устройство?
— Когда окажемся снаружи, я возвращаю жалюзи и замки в прежнее положение, за исключением комнаты охраны, чтобы никто не вышел до утра. Само устройство можно уничтожить дистанционно, я вмонтировал в него маленький заряд взрывчатки. Помещение окажется блокированным изнутри, и пока к нему получат доступ — мы будем уже далеко.
— Хм, действительно, всё очень просто, — Свон задумчиво почесал подбородок, — Даже слишком просто, тебе не кажется?
Тео пожал плечами.
— Тёмным пятном остаётся только заказчик. Я попробовал найти хоть что-то о нём, но почти никаких сведений. Будто его вообще не существует. Ни номера социального страхования, ни архивных записей. А потому я вышел с ним на связь.
— Ты не говорил.
Хакер не отреагировал на замечание, продолжая рисовать мелкие недостающие элементы на схеме. Это помогало сосредоточиться и заметить неточности. Свон тоже молчал, ожидая ответа. Наконец, Тео закончил, отложил карандаш в сторону и начал говорить.
— Этот человек сознательно удалил себя из жизни, чтобы никто не мешал ему спокойно существовать. Однако, у него остались ниточки из прошлого — источники финансирования. Оформленные на фиктивное имя процентные выплаты, которые позволяют ему держаться на плаву. Счёт был оформлен на одну семью, но никого из них не осталось в живых. Все погибли несколько лет назад при пожаре в родовом имении. Но при расследовании того несчастного случая выяснилось, что найдены тела только троих членов семьи, а последний, некий Гарольд Доусон, будто бы пропал. Об этом не сообщалось в открытых источниках.
Из гаража раздался грохот — это Мик грузил в фургон коробки с термитом и огнетушителями. Тео сказал, что нужно взять несколько штук. Температура будет слишком высокой, а сталь долго не остынет без посторонней помощи.
— Аккуратнее там! Смотри, чтобы баллоны не взорвались! — Крикнул Свон.
Тео дождался, пока из гаража раздастся приглушённое: «Да понял я, понял. Чёрт тебя дери, зануда!», а после продолжил.
— Этот пропавший член семьи, предположительно, и есть наш заказчик. Только он знает о хранящейся в банке семейной реликвии, и она ему очень нужна. А особенности наследства и завещания не позволяют ему забрать вещь при личном визите. Об этом заранее позаботились родственники, совершенно чётко указав список лиц, которым разрешён доступ к ячейке. Она оплачена на много лет вперёд, поэтому дожидаться окончания срока — тоже не вариант.
Свон поднялся на ноги.
— Хорошо, я тебя понял. Подставы от него ждать не приходится, по крайней мере, пока мы не отдадим ему эту… «реликвию». Он заинтересован, чтобы мы закончили дело, как надо.
— Ещё кое-что, — сбавив голос, сказал Тео, — Сядьте.
После того, как Свон вернулся в кресло, он заговорил.
— Вы когда-нибудь слышали про антикитерский механизм?
Тот покачал головой: — Что это?
