У «колодца в небо» их уже ждали – сверху в отверстие заглядывали два любопытствующих «скорпиона» в боевом снаряжении. Выбравшись по сброшенной верёвочной лестнице, Педро первым делом уточнил боевую задачу своим спасителям: «Держать пост, вниз не спускаться, ждать основную группу исследователей». Затем он обратился к Алексу:
– Ну, и, давай сделаем выводы из наших подземных изысканий, амиго. Первое, нами найден любопытный объект – необычный, оригинальный тоннель. Второе, он расположен близко от Карчмы, и ведёт ко второму любопытному объекту – охраняемой железной двери. Третье... Вообще-то это довольно интересное событие – здесь, на Острове есть моменты, неизвестные даже военным старожилам. Поэтому, что там скрывается за дверью, какие тайны охраняют пулемёты, и ради чего погибло столько людей – будет самым серьёзным образом исследовано. Ну, а мы, вероятно, заработали премиальные, уважаемый кабальеро. Третье... А что же мы можем записать третьим, а добрый юноша?
– Найден любопытный способ проникновения в подземные горизонты.
– Это уже даже не смешно. Мы это с презрением отметаем, как жалкую попытку бросить тень на достойного благородного дона, который... Да, а как там ваш квас?
– Не понял... причём тут квас?
– Вы же постоянно пьёте квас, сударь. Должен же сосуд когда-нибудь наполниться доверху?
– Блин... Нельзя просто спросить – не хочешь ли в туалет?
– А я как и спросил? По-моему достаточно просто – вы же меня поняли.
– Ладно, я пошел. А то мы так и будем тут друг друга подкалывать, пока не о...
– Да-да! И поспешите с вашим «о». А то у нас постепенно вырисовывается одна проблема – может понадобиться быстрота передвижения... Неожиданная такая проблема – зашевелились тени прошлого.
Но Алекс его уже не слышал – отключился по своим делам.
---
– Ну, куда ты так разогнался? Видишь – я не успеваю. Ну-ка, притормози чуть-чуть... Мэт!
Ветер слегка утих и поменял направление – теперь он дул с севера на юг, прямо в лицо. Полчаса назад они с большим трудом преодолели подъём от Среднеземной Фактории на вершину Островного плато. По вьющейся скользкой заснеженной тропе, подгоняемые ударами южного ветра с мокрым снегом. И теперь пробирались сквозь редкий кустарниковый лесок, совершенно не желающий служить хоть каким-то препятствием для ледяного течения атмосферных потоков. Мрачные тучи слегка приподнялись и контрастно высветились в, приобретшем ясную прозрачность пространственном объёме воздуха. Снег прекратился, но на мокрых голых ветвях деревьев налипла мокрая снежная бахрома, и теперь её сдувало лохматыми комками и швыряло в лицо, залепляя глаза и уши.
– Мэ-эт! Стой!
Мэт рукой отряхнул снег с ушей. Поморгал очистителями оптики, остановился, обернувшись, и застыл в ожидании. Мокрый, облепленный тающим снегом «кузнечик», жалобно повизгивая перегруженным движком, медленно догонял его неровной, шатающейся рысцой.
– Ну, мы так не договаривались, ты идёшь слишком быстро! Ты что, забыл, что у меня не прокачанная машина? Двигатель слабенький, уже перегрелся. Загнать меня хочешь, да?
– Нет, не собираюсь. Просто мы и так идём слишком медленно – до Шухарта ещё далеко. Мы даже до Третьего Бастиона ещё не дошли. Во-он, только-только Седьмая батарея показалась, а скоро уже темнеть начнёт. Ты что, хочешь ночевать на Бастионе?
– Вообще-то, я уже и сама не знаю, чего хочу. Ты меня охмурил, заманил в грязные ледяные джунгли и теперь собираешься садистским образом замучить.
– Я-а? – недоверчиво протянул Мэт. – Кто кого заманил и охмурил, это ещё надо разобраться. Давай, залазь мне на спину, я тебя потащу.
– А что, так можно, да? – обрадовалась Снеж.
– Можно. Я Валетчика так часто таскал до парковки. Когда он себе что-нибудь ломал. И у него тоже был «кузнечик». Старой модели, правда.
После нескольких неудачных акробатических упражнений, Снеж всё-таки вскарабкалась на спину «мула». Уцепилась за плечи и, поддав пинком своей задней ноги куда-то ему под зад, азартно вскричала:
– Но-о, мой верный Росинант! Вперёд, навстречу подвигам и приключениям!
– Ты там поосторожней наверху, а то слетишь, будут тебе тогда приключения.
– Но-о, рысью галопом, марш! – проявляя незаурядные познания в кавалеристской области, продолжила командовать смелая наездница. А Мэт покачал головой и припустил по тропе быстрым аллюром, скорее кошачьим, нежели лошадиным. Так они и двигались дальше. Мэт тщательно выбирал места, куда ставить ноги, чтобы не поскользнуться, не упасть самому и не уронить свою беспокойную ношу. И при этом ещё не потерять ускорившегося темпа движения. А Снеж развлекала его рассказами о своём ученичестве на Карпатском Полигоне, отвлекала несерьёзными вопросами, касающимися его личной жизни. Выпытывала, в чём состоит его психическая проблема, и строила предположения, как с ней можно справиться.
«Вертихвостка, – подумал он безо всякого раздражения, – всего-то пару часов знакомы, а уже оседлала и командует».
