Алекс ошарашено молчал. Логика слов Куба была оглушающей. Из курса философии он знал, что разум, это свойство высокоорганизованной материи. Только свойство. То есть, высокоорганизованное серое нейронное вещество его головного мозга имеет свойство, называемое «разум». Ну, типа, оно такого цвета – «разум». Вот поэтому, если промыть его растворителем, например, спиртом, то «разум» сразу теряется на длительное время. А если прибегать к «смыванию» регулярно, то цвет разума можно извести надёжно и навсегда. Так-то вот!
– Ну, дорогой Кубик, ты меня загрузил! Я теперь долго нормально мыслить не смогу – буду всё твою логическую задачку перерабатывать.
– Алекс, прости! Я не хотел тебя перегружать. Давай, как-нибудь сбросим эту программу, чтобы она тебя не беспокоила.
– Да, не волнуйся, дружок, всё нормально. Мозг и должен постоянно работать, иначе он зачахнет и станет абсолютно бесполезным устройством.
– Какое справедливое замечание, Алекс! Да-а... Нам, разумным, так нелегко в этом мире – думать, это такая тяжелая работа!
...Был поздний вечер, когда Алекса и Педро боевой вертолёт «дрозд» высадил на площадку перед Карчмой. Они ещё ничего не успели предпринять, как следом из-под обрыва вылетела, слепя прожекторами, такая же винтокрылая машина и плюхнулась наземь недалеко от них. Из кабины выпал серый, невзрачного вида разведчик, в котором Алекс сразу признал начальника Службы Безопасности Северного Полигона, Василия Васильевича. Тот неистово замахал на вертолёты обеими манипуляторами, те тут же заглушили моторы и погасили прожектора.
– Здравствуйте, здравствуйте, молодые люди! Потрудитесь немедленно объяснить, зачем это вы выдрали старика из его скоромного ложа, на ночь глядя. Алекс, сынок – неужели? Педро! Не растягивайте удовольствие, не то у меня случится удар, и э... потомки вам не простят.
– Василий Васильевич, я сам нахожусь в неведении, не меньше вашего! Этот... ведущий специалист, вытянул из меня уже все жилы. Молчит, проклятый! Улыбается, как... и молчит.
– Александр, прекратите издеваться над стариком, вы же видите, я уже почти при смерти. Ну!?
Алекс блаженно млел и никак не мог унять блуждающую по физиономии дурацкую улыбку. В тёмной Карчме вспыхнул слабый огонёк, распахнулась прочная входная дверь, и из неё выплыл громадный мрачный паук Карчмаря, остановился на пороге и недовольным громовым басом рыкнул:
– Кого это ещё тут принесло, ночь-полночь? Чьи тарахтелки тут припарковались? Кому тут припарку на задницу сделать, а?
Очертания гиганта расплывались во мраке, отчего он казался ещё страшнее, чем на самом деле.
– Карчмарь! Сейчас дроны мои проснутся! Неси сюда кристаллы Шарика и Тора быстро! И ещё мне надо два корпуса для них. Один это мой старый, а второй...
– Я, – твёрдо сказал Педро хриплым голосом, откашлялся и ещё раз повторил: – Я. Второй корпус мой. Вставляй в мой корпус кристалл, Алекс.
– Ты? То есть – тебе? Ты же никогда... Ну, ладно, раз хочешь... А тебе кого – Тора или Шарика?
– Тора. Или Шарика. Мне как-то... Любого.
– Миша, ну, не стой пнём! Давай уже скорее делай, чего тебе ведущий специалист говорит. Не тяни кота за... э... хвост, – Василий Васильевич, чуть не подпрыгивал от нетерпения. – И быстро, быстро!
– Ты ещё тут командовать будешь, – зло буркнул тот, топая в Карчму. – Стиляга пижонская...
– Ну, знаете! Любому терпению приходит конец! – неожиданно распаляясь, не на шутку возмутился Василий Васильевич. – Всякая тут... э... зубрила бумажная, тыкать мне будет!
– Ты, кибер узколобый! – Карчмарь резко повернулся, направляясь к нему. – Двоечник несчастный. Прогульщик недоученный. Я тебе сейчас в лоб твой узкий дам!
– Мастер, ты, что, не понимаешь важности момента, да? – Алекс твёрдо встал на его пути. – Ты что, в детстве не наскакался, да? Сейчас, что, время, подходящее для этого, да? Ну-ка, не безобразничай, а то в угол поставлю!
Карчмарь подавился невысказанными словами и посмотрел на Алекса с величайшим изумлением. Затем развернулся на месте и, молча, скрылся в помещении базы ЧД.
– Нет, пусть вернётся! Посмотрим ещё – кто кому в лоб даст! Бакалавр, недоделанный! – кипятился Василий Васильевич, тяжело дыша и прыгая на месте. Неизвестно, как в жизни, но здесь, на Острове, его дрон-разведчик был раз в пять меньше могучего паука хозяина Карчмы. Но это совсем не снижало боевого азарта начальника Службы Безопасности.
– Василий Васильевич, – мягко и тихо сказал Педро, – он уже ушел. И он очень напуган. По-моему.
– Да? – отдуваясь, сказал тот. – К-хе... ну, хорошо... пусть живёт... пока.
