«Зомби. Какая гадость. Ну, вот, бьются они сейчас не по своей воле за чужие интересы. А сами этого ведать не ведают и искренне считают и интересы эти своими, и битву эту своей, и гибнут с чистой совестью и чувством глубоко исполненного праведного долга. Ну, пусть не физически гибнут, а вроде как понарошку, играючи. Но ведь, будь это не на Острове, а на Большой Земле, и будь они не в теле дронов, а вживую, всё равно также пошли бы заполнять своим мясом чудовищную крупорушку войны. Ибо нет у них никакой защиты от искусных зомбоделов, изощрённых в своём грязном ремесле. Более того, большинство само радо быть одураченным, чтобы жить легко и беззаботно, и не отвлекаться на разные неприятные мелочи. А то, не приведи Господи, придётся думать своими мозгами и самому разбираться в этой непростой жизни. Самому решать, где ложь, а где правда, где предательство, а где беззаветная верность, где подлость, а где доблесть и честь. Это как же тогда жить будет тяжело и неуютно».
Со стороны недалёкого Бастиона показались быстро идущие дроны. Трое. Крупные разведчики неизвестной ему марки. Прокачка средняя, в руках пики. Мэт насторожился. Ничего опасного в них не было. Образы чистые, незамутненные. Стало быть, не зомби. Интересно, неужели обычные дроннеры? Трое подошли спокойно и без страха. Остановились, и один из них вежливо спросил:
– Простите, мы слышали шум в этой стороне, вы не в курсе, что бы это могло быть? Мы с Западноудельской Фактории. Впервые выбрались на Бастион, а тут слышим, шумят громко, вот, хотели посмотреть... А вы, я смотрю, удачно скаута добыли?
– Ошибаетесь, ребята. Никого я не добыл, просто партнёр отлучился на завтрак. Вот, жду его. А на шум вы лучше не ходите. Там опасно. Похоже, у южного Форта, битва идёт серьёзная. Вам туда не надо. В смысле, ни к чему.
– Ух, ты, вот это да! Настоящая битва? И кто с кем бьётся?
– Точно не знаю, но, похоже, что рейнджеры с зомби...
– Ага! Я же вам говорил, что на Острове зомби существуют, а вы не верили... Пошли быстрее, может, удастся парочку завалить.
– Эй-эй, друзья, кого завалить? Это же обычные дроннеры, только под гипнозом. Их спасать надо, а не валить. Вы сами могли бы на их месте оказаться... – попытался урезонить их Мэт.
– Да ладно, друг, не парься! Это же игра – сегодня мы их завалим, завтра они нас. А иначе, как тут быстро прокачку сделаешь? Не ковырять же мины из грязи – долго и подорваться можно. Ну, ладно, спасибо за наводку. Пошли мужики, а то там всех покоцают и нам никого не достанется.
– Зря вы это делать собрались, потому, что там не просто игра. Там всё всерьёз. И пострадать можно всерьёз.
– Да-да, курите дальше, а мы побежали. Каждый волен играть, как хочет, не так ли?
И они унеслись по следам прошедшей толпы одурманенных игроков, словно почуявшие добычу рапторы за стадом травоядных игуанодонов.
«Ну, вот, – подумал Мэт, даже не пытаясь их задержать, – эти тоже не менее одурманены. Причём сознательно. Самозомбированы играми. Сидят сутки напролёт в сети, кочуют по игровым серверам, и только и знают – убей - прокачка, прокачка - убей... А убивают при этом реально – своё время, здоровье и ум. И ещё сердце. Потому, что ни одна такая «игрушка» не учит главному человеческому качеству – сострадательности».
Он стоял под хмурым зимним небом, оглядывая окрестности Четвёртого Бастиона, залитые утренним серым светом и размышлял.
«А вообще-то, над каждым довлеет какая-то жизненная установка, привитая в процессе воспитания или обучения. В смысле, у каждого свои заморочки. Вот и выходит, если вдуматься, то все мы в принципе зомби».
Переступил с ноги на ногу, вздохнул и тихо-тихо, еле слышно, прошептал:
– Думаете, я не понимаю, что тоже являюсь чьим-то зомби, и тоже иду выполнять чью-то неизвестную волю. И считаю её вполне справедливой...
Далеко-далеко на юге крупнокалиберный зенитный пулемёт со звонким стуком разродился длинной, скоропалительной очередью...
---- -
Пока «эфы», под прикрытием пары «скорпионов» тщательно обследовали уходящие вглубь многочисленные тоннели, проходы и коммуникационные каналы, штурмовая группа находилась в режиме напряженного ожидания. Алекс не знал, откуда у Педро данные о местоположении «на островных координатах» остатков банды граберов, но судя по уверенным действиям их отряда, они у него были. Через полчаса прибыло подкрепление – два «скорпиона», четыре «эфы», которые тут же уползли в лабиринт на помощь своим коллегам. И четыре крупных, тяжело бронированных боевых дрона, оснащённых мини-пушками и средствами преодоления защищённых препятствий – плазменной горелкой и гидравлическим резаком. На коренастом туловище, на короткой могучей шее, сидела массивная приплюснутая голова с отличной оптикой и спаренной лазерной установкой повышенной мощности. И никакой мимики. На воронёных корпусах красовалась одинаковая серебряная аббревиатура – «БАМ» и порядковый номер. Что означали эти буквы, осталось для Алекса неизвестным. Потому, что спросить об этом он так ни у кого и не удосужился.
