— Вовсе нет, — ответил Темпл, положив руки на трость. — Мы попрощались, Пирс снял пиджак, бросил его на переднее сиденье своего «бьюика» и укатил. Больше я его не видел — его поджидал убийца. Какое несчастье! Пирс так и не успел реализовать свой уникальный потенциал. У него был редкий талант сплачивать людей, достигать любой поставленной цели. Его убийство взволновало весь город — такая ужасная потеря для общества. Он был нашим местным героем.
— Да, я слышал, что репутация у него была безупречная, — заметил Берч. — Сколько вы тогда выпили в баре?
— По одной, как обычно. Просто чтобы поговорить. Я не уверен, что Пирс вообще допил до конца.
— В баре он ни с кем не повздорил?
— Нет, — отмахнулся Темпл изуродованной артритом рукой. — Следователи уже задавали мне эти вопросы, все пытались докопаться до причин. Я охотно с ними сотрудничал, стараясь как-то помочь. Ведь я был последним, кто видел его живым. За сведения об убийце было назначено большое вознаграждение, но никто ничего так и не сообщил.
— А он часто конфликтовал с водителями на дороге?
Темпл хмуро посмотрел на Корсо.
— Учтите, что такого понятия, как «дорожная лихорадка», тогда в Майами просто не существовало. Машин было мало, пробки не возникали. Весь округ Дейд можно было проехать за двадцать минут. В те дни в Майами все было по-другому, и, кроме того, Пирс Нолан был истинным джентльменом.
— Вы упомянули его жену Диану. У них были какие-нибудь трения?
— Нет, никогда. Я допускаю, что Диане здесь было скучновато, но их любовь компенсировала все неудобства. Уверен в этом. До замужества она жила в Нью-Йорке и Париже. Красивая женщина, получившая образование в Сорбонне, очень светская. Когда она появилась здесь, то сразу же получила звание дебютантки года. Много путешествовала, играла на арфе, знала несколько языков. Они с Пирсом познакомились, когда он приезжал в Нью-Йорк. Она была одной из самых завидных невест в городе. А он — красивый энергичный парень, спортсмен и герой войны, который интересовался театром, балетом и картинами и хотел, чтобы все это было у них в Майами. Думаю, это была любовь с первого взгляда. Но Пирс был слишком привязан к Майами, там были его корни. В те времена для такой женщины, как Диана, это место было просто культурной пустыней. Здесь даже нельзя было купить дизайнерскую одежду, которую она привыкла носить. Она с дочками всегда ездила за покупками в Нью-Йорк и Париж.
— Значит, выйдя замуж, она стала скучать? — спросил Берч.
— Отнюдь. Она вместе с мужем бросила вызов обстоятельствам и стала делать все, чтобы окультурить Майами. Ну и, конечно, занималась семьей. Диана была не из тех, кто скучает и льет слезы, она действовала и добивалась результатов. Прекрасно играла в гольф и теннис. Они с мужем просто обожали друг друга. Мы с моей покойной женой прожили вместе пятьдесят два года, и я ее очень любил, но, по правде сказать, все же завидовал этой парочке.
— Ну прямо сплошная патока, — скептически произнес Берч. — А какие у него были отношения с дочерьми?
— Девочки у них были просто прелесть, такие же красивые и музыкальные, как мать. В них так и бурлила жизнь. Диана всегда одевала их в белое. У них были синие глаза и черные волосы, совсем как у Нолана.
— До вас доходили слухи, что кто-нибудь из них забеременел или родил внебрачного ребенка?
— Какой вздор! — негодующе воскликнул Темпл, резко откинувшись на спинку стула. — Просто несусветная чушь! Они же были совсем еще девочки. Пирс их так любил, заботился о них. Сомневаюсь, что он подпустил бы к ним какого-нибудь парня. Никогда не видел лучшего отца. Он даже ушел из политики, чтобы больше времени уделять семье. Ездил с ними отдыхать, сам учил плавать, носил на плечах, когда они были маленькими.
Детективы обменялись многозначительными взглядами.
— А когда они выросли? — спросил Берч.
— Обычно отец сам вывозит дочерей на первый бал, танцует с ними первый танец, а потом уже подводит к знакомым молодым людям. Но когда Саммер, его старшая дочь, выходила в свет, у ее молодого человека практически не было шансов. Пирс весь вечер вальсировал с юной леди, пока у нее не закружилась голова. Какая это была прекрасная картина!
— Кто бы сомневался, — пробормотал Корсо.
— Как жаль, что мы теряем старые традиции, — печально проговорил Темпл.
— Вы поддерживаете отношения с вдовой? — спросил Берч.
— Мы обменялись письмами в связи с ее вступлением в наследство, и на этом все кончилось. Смерть мужа стала для Дианы страшным потрясением. Особенно если учесть, при каких обстоятельствах это произошло. Мне кажется, она так и не оправилась от удара. О том, чтобы вернуться в Майами, даже ненадолго, не могло быть и речи. Слишком тяжелые воспоминания. Думаю, что дети тоже сюда не вернутся.
