— Я буду очень осторожен, честное слово. Волан-де-Морт никогда не догадается, что я на самом деле задумал. Я закончу все дела, закончу до конца семестра и увезу тебя от всего этого кошмара. Но я не позволю тебе рисковать своей жизнью. Он даже не заметит, как я обведу его вокруг пальца. И он не станет разыскивать нас по всему свету. Поверь мне…
— Северус… — снова прошептала я, а по моим щекам предательски покатились слёзы. — Я не смогу пережить твою смерть… я…
— Тина… — Северус нежно поцеловал меня, а потом большими пальцами вытер солёную воду с моих щёк. — Я буду очень осторожен. Он ничего не заподозрит. Я уже пятнадцать лет помогаю его врагу, а он даже не догадывается об этом. Не догадается и до конца семестра. А потом всё будет позади. Верь мне…
— Ты уверен, что я не могу больше ничего сделать? — обеспокоенно уточнила я, и он, тепло улыбнувшись, уверенно ответил:
— Просто будь рядом… и верь мне.
— Я тебе верю, — тихо, но твёрдо сказала я, крепче вцепившись в его плечи. — Ты обещаешь, что будешь очень осторожным?
— Да, обещаю, — легко поцеловав меня, сразу проговорил Северус, а потом немного тише добавил: — Обещаю.
— И если вдруг тебе будет грозить опасность, реальная угроза твоей жизни, ты сразу же скажешь мне об этом? — требовательно спросила я, но тут Северус замешкался с ответом, так что мне пришлось повторить свою просьбу: — Обещаешь?
— Тина… — прошептал он, начав неистово целовать меня. — Тебе не о чём переживать…
— Северус… — я хотела уже снова потребовать с него предыдущее обещание, но он не дал мне этого сделать.
Северус вдруг так крепко сжал меня в объятиях, вдруг с таким остервенением стал целовать меня, что я даже слова не могла произнести. И теперь его поцелуи казались подарком судьбы, ведь я вдруг осознала, что в любую минуту это может быть его последний поцелуй. И я так же стала отвечать ему, решив для себя, что таким образом он сказал мне «да».
***
— Знаешь, Тина, это так благородно с твоей стороны, что ты заступаешься за первокурсников перед Амбридж… — прошептал Северус, когда мы лежали с ним в его большой и тёплой кровати в ночь с воскресенья на понедельник.
— Всё-то ты знаешь… — улыбнувшись, ответила я, немного повернувшись на бок и уютно устроившись на его плече.
— Разумеется, — на его лице расцвела искренняя улыбка, и я не смогла удержаться от лёгкого поцелуя. — Я хочу знать всё, что происходит в твоей жизни. Ты их так опекаешь… так помогаешь им.
— Конечно, что мне ещё делать? — согласилась я, задумчиво посмотрев в темноту перед собой. — Они же совсем дети… А эта стерва в последнее время совсем рассудок потеряла. Ты знаешь, как она наказывает этих бедняг?
— Да, знаю, — вздохнул Северус, проведя ладонью по моему плечу. — Мне кажется, что некоторые Пожиратели были бы погуманнее её.
— Вот и я так же думаю. И всё с молчаливого согласия министерства… это просто ужасно. Ладно, старшие курсы, хотя это тоже непозволительно, в общем-то, но одиннадцатилетние дети! Я как вижу, что кто-то из этих малышей плачет в коридоре, держась за кровоточащую руку, у меня словно кто-то разум отключает. Мне так хочется взять и переломать эти коротенькие ручки в розовых рукавах, чтобы уж наверняка не видеть больше гаденькую улыбку!
— Тина, что ты такое говоришь?.. — прошептал Северус, прижав меня к себе. — Ненависть — это плохой советчик.
— Но ты же понимаешь, что это ужасно — так издеваться над детьми?! — возмущённо произнесла я, немного приподнявшись, и он сразу ответил:
— Конечно, понимаю. Чем ты пытаешься помочь им?
— Гермиона раздобыла где-то настойку бадьяна, она очень хорошо залечивает раны, — успокоившись, пояснила я, вернувшись на его плечо и обняв обнажённый торс. — Но она у меня почти закончилась…
— Я дам тебе ещё, — быстро пообещал Северус, продолжая гладить мои руки. — У меня её достаточно в хранилище. И что-то мне даже подсказывает, что я знаю, откуда мисс Грейнджер взяла ту настойку… надо будет и туда тоже её положить.
— Спасибо, — с благодарностью выдохнула я, а потом, улыбнувшись, добавила: — В том самом, где ты хранишь чудесный абсент?
— Тина! — рассмеялся он, немного приподнявшись и посмотрев мне в глаза. — Я наложу на двери дополнительные чары, чтобы ты не смогла добраться до него! Это очень опасный напиток!
— Да ну тебя! — так же звонко рассмеялась я, а затем легко поцеловала его в щёку и вернулась в тёплые объятия. — К твоему сведению, я не люблю пить в одиночку, Лестата здесь уже нет, а печень Дамблдора точно такого не выдержит. Так что ты единственный кандидат на такое приятное времяпрепровождение.
— Я ещё от прежнего раза отойти не могу, а ты уже предлагаешь снова… — с улыбкой проговорил Северус, и его фраза ещё больше рассмешила меня.
— Ну, не прямо сейчас… но потом как-нибудь, вполне возможно…
— Да, как-нибудь, через несколько лет! — со смехом в голосе воскликнул он.
— Абсент — это явно не твой напиток! — рассмеялась я, поцеловав его плечо. — Но ничего, в мире есть ещё много замечательных напитков от сорока градусов и выше…
