Зайдя в свой кабинет после пятичасовой операции, я устало подошла к окну и печально в него посмотрела: пушистый снег огромными хлопьями валил вот уже целый день, и до отпуска было ещё очень далеко. Потом я не менее печально окинула взглядом ту огромную стопку историй на проверку от студентов и ординаторов, и на моей душе стало в десять раз тоскливее. Но делать было нечего, и я скрепя сердце села за стол и принялась за муторную работу по исправлению вечных и неизменных ошибок пятого курса, которые никуда не исчезали и к обучению в ординатуре. Так бы я и утонула во всей этой рутине, если бы не нашла небольшую записку рядом со своей любимой автоматической ручкой марки Parker, к которой потянулась для того, чтобы начать проверку.
Развернув аккуратно сложенный листочек, я сразу поняла, от кого была эта записка, ведь рукописные истории этого человека уже не единожды были в моих руках.
Несмотря на всю накопленную за день усталость я широко улыбнулась, прочитав записку до конца. Вот уже месяца два или три в наших отношениях с моим мужем было много… странного, непонятного. До этого мы открыто враждовали, потом, после свадьбы, у нас была холодная война, а теперь… я не могла сказать, что между нами было теперь. Между нами словно появилась какая-то недосказанность.
Мы были вот уже восемь месяцев как женаты, но только за последние два или три месяца мы перестали постоянно ругаться словно кошка с собакой. За последние месяцы каждый из нас вдруг стал… терпимее по отношению к другому. Вот уже полгода как мы спали с ним в одной кровати, потому как Том приходил ко мне каждую ночь ровно через полчаса после того, как я уходила в свою спальню. Хоть я и притворялась спящей, но в глубине души подозревала, что он прекрасно знал, что я ещё не сплю. И что самое удивительное — так это то, что Том ни разу даже не прикоснулся ко мне за всё это время, хотя рядом с ним лежала его законная супруга, и он вполне имел на это право. Том ни разу не прикоснулся ко мне со дня нашей свадьбы, когда поцеловал меня в щёку вместо первого поцелуя супругов. И это самое обстоятельство вводило меня в ещё большие смятения: хотел ли он вообще быть со мной, как… с супругой? Хотела ли я сама этого?
Но вот сегодня мой муж приглашал меня на ужин, и, похоже, это будет наше первое… свидание? Мне так забавно было думать об этом, ведь все нормальные люди сначала ходят на свидания, а потом уже создают семью, но мы с ним явно не входили в категорию нормальных людей. И мне было ещё забавнее оттого, что я весь оставшийся день не могла ни на чём сосредоточиться, хотя работы у меня было немерено, и до этого я никогда не жаловалась на рассеянность и недостаточную концентрацию внимания.
В конце концов мой рабочий день завершился, и я, волнуясь ещё больше прежнего, отправилась к нам домой, чтобы подготовиться к предстоявшему ужину. Несмотря на то что у меня в запасе было три часа, я из-за волнения не смогла уложиться в этот временной отрезок. Я с отчаянием целый час выбирала платье, потом ещё час доводила свой образ до ума, а в последний час резко передумала, и пришлось всё начинать заново. В итоге когда я спустилась по главной лестнице с третьего этажа, где находилась моя просторная гардеробная, на часах было двадцать минут девятого.
И внизу, почти у самого входа, я заметила его, Тома, прислонившегося к одной из стен и невозмутимо ждавшего меня. Я остановилась на мгновение и с удивлением посмотрела на него. Мой муж был одет в прекрасно сидевший на нём чёрный смокинг с белой сорочкой и белой бабочкой, и я отметила про себя, что уже и забыла, как же ему идут классические костюмы, в которых он был на нашей свадьбе или на своём выпускном. Так я бы и простояла на середине лестничного пролёта, если бы Том, наконец заметив меня, не улыбнулся мне такой тёплой и искренней улыбкой. Я неуверенно улыбнулась в ответ и на ватных ногах подошла к самому входу.
— Прекрасно выглядишь, — спокойно заметил красавец, и я смущённо произнесла:
— Спасибо. Из-за меня мы, наверное, сильно опаздываем?
— Нет, мы нисколько не опаздываем, — мельком посмотрев на настенные часы, невозмутимо ответил он, и я удивлённо посмотрела в ответ.
— Но ты же сам написал, что в восемь?..
— Я почему-то так и думал, что ты не уложишься в отведённое время, поэтому столик забронировал на девять, — с лёгким смехом проговорил Том, а потом протянул мне руку и дополнил: — И мы как раз сейчас успеваем. Позвольте проводить вас, миссис Реддл?
