Дамблдор печально покивал.
— Это весьма прискорбно, когда теряешь кровную связь. Но к счастью, в этом нам всегда могут помочь сотрудники Гринготса. Думаю, Северус не откажет тебе если ты попросишь его отвести тебя на магическое освидетельствование для установления родства.
Я захлопала глазами. Это что такое? Неужели мне хотят помочь? А зачем? Не говорить же вдохновленному своей идеей старичку, что я уже прекрасно в курсе о том, кто мне родней приходится из маминых дневников. И я вовсе не хочу, чтобы об этом становилось известно общественности раньше подходящего времени. Поэтому я не придумала ничего лучшего как свалять дурачка.
— Правда? — Я захлопала глазами, притворяясь ошарашенной. — О, это такое неожиданное предложение. Я честно-говоря даже не знаю, как поступить. А вдруг мои родственники и вовсе не захотят со мной встречаться. Да и я сама не знаю, нужно ли мне все это…
Надеюсь мое лицо при последних словах выражало достаточную долю сомнения, чтобы не отправлять меня на это самое освидетельствование уже завтра.
— Я понимаю, такая новость наверняка стала неожиданностью для тебя. — Дамблдор понимающе покивал. — Не спеши, у тебя есть достаточно времени, чтобы подготовиться и собраться с мыслями. Такие поступки нужно совершать с твердой уверенностью в том, что делаешь. Но я не сомневаюсь, что кем бы ни были эти люди, они с распростертыми объятьями встретят такое одаренное дитя.
И вот опять. Далась ему моя «одаренность». Что-то меня никогда так не хвалили раньше. Училась я сносно, как говориться, в первых рядах. Но отличницей меня можно было назвать с очень большой натяжкой. Да и особыми талантами я не страдала. Можно сказать, была не хуже и не лучше других. А тут вдруг такое внимание…
Я смущенно улыбнулась и потупила глаза, удостоившись легкого похлопывания по плечу.
— Профессор Дамблдор, не знал, что вы придете. — Их дверей закрытой секции наконец вышел Снейп. По воздуху за ним плыла стопка попертого вида гримуаров. Я мысленно облегченно выдохнула. Это неожиданное и в целом мне абсолютно ненужное общения начало меня напрягать.
— Сам не планировал Северус. Но ты ведь знаешь стариков с их вечной бессонницей. Вот и сегодня, никак не мог уснуть и решил сесть парочку лимонных долек. После них я либо засыпаю, либо меня посещают очень неплохие идеи.
Дамблдор как ни в чем ни бывало качнулся с пятки на носок и переключил все свое внимание на подошедшего преподавателя.
— Думаю мы вполне можем обсудить ваши идеи в моем кабинете. Элиз, вы закончили? — При людях Снейп всегда обращался ко мне предельно официально, хотя при личном общении всегда сбивался на банальное «ты». Все же он мой декан как-никак. Я невольно улыбнулась, о чем сразу пожалела, удостоившись еще одного внимательного взгляда от старика.
— Да, почти. Можно я прихвачу эти газеты собой, а в следующее наше посещение занесу назад?
Не смотря на то, что я обращалась к профессору Снейпу, ответил мне директор.
— Не думаю что за пару дней у школьников возникнет острая необходимости в старых газетах. Ну кроме растопки каминов, хотя они с палочками отлично справятся. Так что спокойно берите их с собой, мисс Принц.
Это обращение заставило меня невольно поежиться. Слишком уж пока мне было непривычно осознавать, что фамилию я поменяла даже не выходя замуж. Но по крайней мере, меня не будут преследовать тени поступков моего папаши. Мне и своих вполне хватает.
***
В преддверии Хеллоуина профессор Снейп был особенно мрачен. Мне казалось, что, немного постаравшись, даже смогла бы руками пощупать то чёрное облако отчуждения, что его опутывало. Все началось после того приснопамятного ночного разговора с директором. К слову подслушать мне его не удалось — двери были уж слишком плотно прикрыты, а использовать палочку вблизи от столь сильных колдунов было просто глупо. Нет, я давно разучилась бояться своего нового декана. Да он часто бывает вспыльчив, язвителен и нелюдим. Бывает, как зыркнет в твою сторону, так душа обмирает и уходит в пятки. Но он никогда не опускался до того, чтобы поднять на меня руку или как-то иначе навредить кроме словесного выговора. А это о чем-то да говорило. К тому же, было бы странно если меня было так просто напугать после всего что я пережила.
Вообще существует ли на свете что-то страшнее моих кошмаров? Порой мне казалось, что я настолько сильно устала бояться, что моя душа и вовсе разучилась ощущать страх. Ну, кроме здорового и вполне логичного опасения за свою жизнь. Страх страхом, но боль от необдуманного членовредительства никто не отменял. Все же до бесстрашия гриффиндорцев, которые преспокойно в любую погоду могли гонять на метлах с риском свернуть шею было еще далеко.
