Элиз показала мне содранные до крови ладони. Я выругался. Хорошо хоть хватило остатков такта сделать это мысленно. Конечно исчезновение Лорда не могло пройти незаметно. Все уже знали. И конечно же спешили отыграться на недавних гонителях. Или за неимением оных — на их детях, чему Элиз яркий пример. Только я один почему-то все еще был в полном неведении. Хотя, о причинах можно было легко догадаться. А жизнь, не глядя на терзания одного отдельно взятого жалкого колдуна, продолжала бежать, не сбавляя темп.
— Мне и раньше учиться было достаточно сложно. Тогда об отце ходили только слухи. Но теперь, когда официально установили его причастность к ряду эпизодов… Его и его друзей сегодня осудил Визенгамот. Приговор — Азкабан. Я боялась, что и вас тоже… — девушка сжала кулаки, впиваясь заостренными ногтями в ладони. Это несомненно доставляло ей боль, но порой она была необходима.
Я вздохнул. Зачем ты мне это говоришь? Чего ты хочешь от меня Поддержки? Я никогда никого не поддерживал и не собираюсь начинать, даже если об этом просит моя лучшая ученица. Как же ты не понимаешь? Все, что я могу для тебя сделать, это сочувствующе покивать головой и похлопать по плечу. Это максимум, что мне позволят.
— Ну вот ты и убедилась — такого гнилого человека, как я, даже от суда отмажут. — Я саркастически усмехнулся, что в моем исполнении выглядело как явная насмешка над самим собой. — Однако если ты пришла мстить за то, что я не сними… Твое право. Не скажу, что мне жаль твоего отца. Он действительно был мерзким человеком, фанатиком и убийца.
— Мне тоже. Не жаль. Ни сколько. — Сказала она тихо и посмотрела мне в глаза, чего все старались избегать. Но не она. — Я наверно плохая дочь, но я даже рада.
После того заявления я поперхнулся остатками виски, которое как раз хотел отхлебнуть из чудом уцелевшей полупустой бутылки.
— Почему? — Спросил откашлявшись.
Она неопределенно повела плечом.
— Может вы не знали, но я внебрачная дочь. Моя мать принадлежит к побочной ветви рода Блэков. Она даже не полукровка. Квартерон. В ней слишком много от человеческой крови и очень мало магии. Даже в школу не поступила. Единственное, что соизволил сделать мой отец когда я родилась, это дать мне свою фамилию. О фамилии Блэков даже речи не шло — мать никогда бы не признали в такой семье. А меня и подавно. Чтобы выжить с ребенком на руках она была вынуждена обратиться к моему отцу. Все эти годы он жестоко избивал ее, когда наездами бывал дома. Даже когда ее признали невменяемой. Последние два года она находится в Мунго, а я остаюсь на каникулы в школе. Даже не знаю, что с ней теперь будет.
— А тебя? Тебя он не трогал? — Резко проснувшийся интерес был тесно замешан на холодной ярости, гневе и остром желании убийства. Жаль, что невыполнимом.
— Иногда, когда был совсем не в духе. — Она печально улыбнулась. — Мама даже в таком состоянии защищала меня. Я ждала своего семнадцатилетия чтобы убить этого мерзавца. Вы можете не верить в это, но вы замечательный учитель. Вы отлично научили меня управляться с ядами и проклятиями. Поверьте, на меня бы не подумали. Но увы, меня опередили буквально на год.
И я действительно верил в это заявление. Элиз в столь юные годы умела и знала очень многое. А еще хорошо умела наблюдать и выжидать подходящий момент для удара. С таким потенциалом мне было абсолютно не понятно что она забыла на Когтевране и о чем думала Распределяющая шляпа.
Помолчали. Тишина не угнетала, но позволяла обдумать все сказанное. Мне было неуютно. Впервые я говорил с кем-то из учеников просто так, по душам. Хмель окончательно выветрился, и вся эта ситуация стала еще больше непривычной и, пожалуй, неудобной. Неуместной. Лишней. Можно было подобрать еще сотни подобных эпитетов, но сложившиеся обстоятельства это не изменит. Я не знал, о чем говорить дальше и уже подумывал задать какой-то глупый вопрос, но меня опередили.
— Что будете делать дальше?
Эта тихая фраза застала меня врасплох. После смерти Лили я не мог думать ни о чем другом кроме своего обещания и совершенной глупости. О будущем даже не вспоминал. Оно в тот момент казалось чем-то несбыточным или даже мертвым без нее.
— Я не знаю. — Я закрыл лицо руками. И в этот момент мне перестало казаться зазорным говорить с еще несовершеннолетней девчонкой о таких вещах. Или признаться в своей слабости. Кто меня вообще сейчас мог понять, если я сам не отдавал отчета своим поступкам и мыслям? — Наверно останусь здесь. Мне больше некуда идти.
Хотелось лечь на землю, закрыть глаза и просто перестать существовать. Стать глухим и слепым. Да, это был достойный конец для такого неудачника.
От самобичеваний меня отвлекло легкое касание к левому запястью. Я вздрогнул и открыл глаза.
— Покажите. — Просто попросила Элиз явно намекая на метку. На секунду в душе разлился страх, но память напомнила о том, кем был ее отец. И когда вспомнил, еще раз подивился насколько разными были отец и дочь. Все же кровь Блэков сильна, сколько раз ее не смешивай.
— Зачем тебе? — Глупый вопрос, если уже выполняешь просьбу.
