− Да будет вам известно, − тяжело вздохнула женщина, − что эти огонь и вода — символы пробудившейся магии. То, что должно было случиться, произошло, волшебство вернулось в Террану. Сестры смилостивились над нами.
Эдит не нашлась, чем ответить ей кроме быстрого растерянного кивка, и неторопливо выйти за дверь — некие волшебницы Воды и Огня, придуманные кардиналиссой, волновали шпионку Листон меньше всего, а дело требовало, чтобы его завершили. Нельзя долго медлить в месте, где тебя уже заподозрили и лишь волей счастливого случая оставили на свободе — обычно так и пропадают без вести на чужбине. Теперь Эдит нужно просто схватить бумаги и убежать из дворца, но не раньше, чем вернется сюда Мия. А это означало одно: придется играть в верную марентийской короне женщину до последнего.
Решительно шагнув за порог, в пустоту и легкую прохладу широкого коридора, Эдит с облегчением почувствовала себя во временной безопасности. Присутствие кардиналиссы навевало на девушку тоску, страх и неясную тревогу, поэтому она каждый раз испытывала невольную радость, оказавшись подальше от нее. Что же, теперь требовалось навестить Шанталь, о которой за прошедшие дни, побродив по дворцу на правах доверенного лица Ее Высокопреосвященства, удалось узнать немало интересного. Сплетни здесь разлетались как горячие пирожки на рынке.
Фемита Шанталь Матиа ненавидела герцогиню Раймонду Вион по личным причинам, но подробности остались неизвестными. Это и неважно — иногда ослепшему от ярости ненавистнику достаточно показать грань блестящей золотой монеты, способной нанести большой вред потенциальной жертве, и он с радостью побежит помогать манипулятору. Кому какая разница, если драгоценная монета — простая круглая медяшка в золотой бумаге? Эдит понимала, что Шанталь гораздо опытнее ее в интригах, но сейчас не имела иного выбора. Действовать нужно быстро, не медля, и без посторонней помощи тут не обойтись. Стараясь сохранять спокойный вид и горделивую осанку, неторопливыми шагами она направилась на поиски Шанталь.
Та отыскалась в дворцовом зимнем саду — сокровищнице экзотических растений, находившийся в десятке шагов от кабинета кардиналиссы Анны. Просторное помещение с большими чистыми окнами хранило в себе роскошные розы, огромные кактусы, и множество иных растений, названия которых Эдит не знала. Смешанные запахи от ярких лепестков сливались в сильный странный аромат, вдыхая который оставалось только порадоваться, что нет грудной хвори.
Значит, Шанталь Матиа любит цветочки? Эдит усмехнулась и решила взять это на заметку.
− Здравствуйте, фемита Матиа,
− Здравствуйте, сударыня Брукс.
Шанталь едва взглянула на девушку, но отвлеклась от созерцания крупных розовых бутонов и села на длинную скамейку вдоль стены. Лицо ее выглядело бесстрастным, однако в глазах заблестел интерес.
− Мне нужно поговорить с вами, − поклонилась Эдит — слегка, в знак приветствия и приличия. — Буду кратка. Мне нужна ваша помощь.
Шанталь не удивилась, выражение ее лица осталось неизменным, но только сейчас Эдит подумала, что она стала похожа на ехидную лису с гербовой печати.
− Мне казалось, дорогая фемита, что мы с вами обо всем договорились. Наша сделка…
− …временна.
− И что вы хотите?
− Бумаги кардиналиссы.
Эдит старалась быть настолько честной, насколько это вообще возможно в ее ситуации, но что можно сделать, совершенно не имея опыта в шпионаже? Только юлить, вертеться, находить отговорки и оправдания, и… никогда не попадаться. Чем дольше она жила в Маренто, тем сильнее понимала, что последний из этих пунктов почти невыполним.
− Как интересно, − усмехнулась Шанталь Матиа и поправила чалму. — Что же я получу взамен?
− Раймонду Вион, − храбро ответила Эдит. — Я могу захватить ее или убить, как вам будет угодно. Думаете, во дворце нет злых языков, всевидящих глаз и чутких ушей?
Лицо Шанталь исказилось на миг от злости — она все-таки не выдержала. Поджатые губы, белые как полотно щеки, сверкающие от ярости глаза — вот портрет человека, который никогда не сможет быть счастлив, оставшись наедине с собственной злобой. Это даже не Марениус, упивавшийся ненавистью ко всему роду человеческому, это хуже. Люди рождаются для счастья и спокойной жизни, а не для подобной мерзости.
− Позвольте вам напомнить, что сделка между нами уже заключена, и я не собираюсь ввязываться в другие, подобные им.
− Отчего же? — хмыкнула разочарованно Эдит. — Боитесь запутаться в паутине беспорядочных сделок и договоров с врагами?
− Марениус — не враг, сударыня.
− Враг всего рода человеческого, и если вы не относите себя к людям, то я не имею права мешать вам рассуждать подобным образом. Возможно, вы и правы.
Слова Эдит прозвучали остро, едко и ударили в самую суть — Шанталь побелела еще сильнее, и куда только делась природная смуглость? Вскочив со скамьи, она сделала несколько шагов к Листон, остановилась и взглянула на нее с праведным гневом в сощуренных глазах. Смешно и нелепо видеть такую лицемерную ярость, но придется потерпеть.
