Заклятие сорвалось с моих губ раньше, чем я смогла себя остановить, и следом полетел извивающийся шар расплавленной энергии, который формировался в моей потной, горячей ладони, вырываясь из пальцев, ища контакта с ее кожей. Сжимая пустой кулак, я почувствовала, как горячая кровь, будто напиток, потекла по моему горлу.
Но до ее груди заклятие так и не долетело. Из воздуха образовался щит, который закрыл Валери и ее друзей. По нему пошли волны, когда моя магия столкнулась с ним. Проклятие сменило цвет с синего на черный и расплылось по щиту в поисках прорехи в защите. А потом со звуком разбившегося стекла оно развалилось и щит постепенно растаял.
Несколько человек ахнули, некоторые даже вскрикнули, и я знала, что по всему двору люди, пораженные, вскакивали на ноги. Слева от нас оцепенело замер бледный и вспотевший директор школы. С другой стороны помощники учителей[9] смотрели на Валери и ее друзей. Все стояли неподвижно — кроме принца, который опустил поднятую вверх руку со шрамами и сердито смотрел на меня. Я попробовала поднять на него взгляд. Я пыталась изобразить на лице что-то похожее на шок или раскаяние, но ничего не выходило. Когда я смотрела на Валери, между пальцев у меня начинали прыгать искры.
— Иди, — сухо бросил принц, будто я была прислугой.
Мой взгляд скользнул на него, потом снова на Валери. Я не двигалась.
— Это приказ, герцогиня.
Уважение титулов, верность Атенеа и строгое соблюдение международных договоров Терра.
Мои ноги начали двигаться. Я оторвала взгляд от Валери и опустила его в землю. Боковым зрением я видела, что Валери готова к атаке, ее кулаки были сжаты.
— Даже не думай приблизиться к ней хоть на шаг, Валери.
Я быстро взглянула на принца. Выражение его лица стало мягче. Я сфокусировалась на нем и шла все быстрее и быстрее, сдерживаясь, чтобы не побежать. Мне хотелось поскорее скрыться — я боялась того, что еще могу натворить в гневе. Я уже перепрыгивала через ступеньки, когда услышала за спиной шаги принца.
Она заслуживает смерти.
Я неровно дышала, гнев взорвался и стекал по ребрам. Если бы там не было его, воплощения власти Атенеа, я бы развернулась и прикончила ее.
Внезапно принц схватил меня за руку и повел по тропинке за здание школы. Он тащил меня за собой, пока не нашел уединенный уголок, где, не обращая никакого внимания на то, какой грязной была земля, толкнул меня на траву.
— Она того не стоит, — услышала я, когда он развернул меня спиной к стене и встал напротив, скрестив руки на груди и сжав губы.
Я заметила, как его глаза темнели от гнева, но это было ничто по сравнению с тем, что чувствовала я. Я никак не могла отдышаться, а искры все еще жгли мне ладонь. С моего языка готовы были сорваться несколько заклятий, которые как минимум упекли бы ее в больницу.
— Отэмн, ты себя не контролируешь, тебе нужно…
За углом послышались оживленные голоса, и он замолчал на половине фразы, подождал, пока они пройдут, и перешел на сейджеанский.
— Aclean. Успокойся. Сделай несколько глубоких вдохов.
Я закрыла глаза, заставляя воздух заполнить легкие, и ждала, пока гнев вытечет.
Я попыталась не думать о ней, попыталась не думать ни о чем, оцепенеть, но это было невозможно из-за шума его дыхания, которое было еще более хриплым и неровным, чем мое. Слушая его, я чувствовала, как ярость отступает и ее место занимает стыд. Стыд, а затем страх, когда я полностью осознала, что натворила.
Предыдущий хранитель был изгнан за то, что смертельно — случайно! — ранил ученика. Но я-то намеренно пыталась причинить вред человеку. За такое преступление Терра предусматривали куда более строгое наказание. Смерть.
Я открыла глаза. Принц стоял все так же, но хладнокровие его испарилось.
— Ты что, с ума сошла?! — взорвался он после минутного молчания.
Он разжал руки и, разведя их в стороны, сделал шаг ко мне. Я прижалась к стене.
— Ты вообще понимаешь, что только что хотела сделать?
Каждый раз, когда я пыталась вдохнуть, мне не хватало воздуха, а когда я покачала головой, моя нижняя губа начала дрожать.
— Я не хотела, она спровоцировала меня…
— Как давно она над тобой издевается?
Правой рукой он ударил по кирпичной стене возле моей головы и наклонился совсем близко ко мне.
Я нервно взглянула на его растопыренные пальцы.
— Ч-что?
— Ты — герцогиня, тебя с детства учили не терять самообладания. Она, должно быть, уже давно испытывает твое терпение, раз ты сорвалась. Так сколько?
Я пожала плечами, глядя на его туфли, чтобы избежать огня, что горел в его глазах.
— Может, год.
— Со времени твоего приезда?! Почему же ты не пожаловалась? Я слышал, что она говорила. Это были не просто оскорбления, это был расизм!
— Да ничего страшного…
— Ничего?! — повторил он, поднял левую руку и практически соединил большой и указательный пальцы, оставив лишь минимальный зазор. — Отэмн, оставалось вот столько, и ты бы разорвала ее на куски! Еще чуть-чуть, и ты бы нарушила Терра! Я не буду сообщать об этом, но, если бы заклятие долетело до нее, спасти тебя не смог бы уже никто.
