Тени Темного кристалла полностью

Чем ближе она подходила к деревеньке, тем громче слышались голоса и музыка. Забор по обе стороны дорожки сменился воткнутыми острием вниз копьями. Нежный лесной ветерок колыхал и вертел гирлянды и ленты. У главных ворот гирлянды сменили полноценные лозунги и праздничные флаги с нанесенными на них разноцветными изображениями длинноногих и широкоухих землеходов. Найя подумала, что, наверное, скачущие по равнинам и обитающие в лесах землеходы были тотемом клана Спритон, подобно тому, как муски являлись тотемом клана Дренченов.

Чащоба Сами оказалась не таким большим поселением, как дом клана Дренчен у Великого Смерта. Деревня состояла из главной грунтовой дороги, которая обходила расположенную в центре площадь с вырытым костровищем (в нем теплились уголь и дрова). Вокруг площади стояли домики и особые жилые холмы, некоторые многоэтажные, из глины, камня и дерева с круглыми окошками в стенах. Защищающая от дождя кровельная плитка напомнила Найе чешую рыбы-имир, которую они с Гурджином ловили в детстве.

В деревне оказалось много спритонов и маленьких человечков. Некоторые общались, другие спорили, третьи смеялись, но в основном большинство были заняты делом. Время от времени над головой мелькали тени: девочки-спритоны перелетали с крыши на крышу, мягко приземлялись и ныряли в какой-нибудь люк. На площади царила суета: спритоны носили корзины с фруктами и орехами и воздвигали искусно украшенные столбы с флагами, увитые лентами и вьюнами и огромными роскошными цветами. На другом конце площади располагался насыпной холм с жилищем из глиняных кирпичей и тяжелых бревен, который значительно превышал размеры остальных домов. Наверное, это место сбора клана Спритон, решила Найя, подобно тому как клан Дренчен собирается в большом зале.

Потрясенная увиденным, Найя застыла, не зная, с чего начать. Спритоны не обращали на нее внимания и сосредоточенно готовились к празднеству, лишь изредка удостаивая ее взглядом. Дважды она уступала дорогу спешащим трудягам: первый нес полную охапку хвороста, а другая – превосходно вышитую ткань, которую изящно раскинула на одном из нескольких столов для пира, расставленных ближе к центру площади. В животе у Найи снова заурчало и, поправив накидку и сумку, вздернув подборок повыше и попытавшись придать себе респектабельный вид, она подошла к сидевшему на камне парнишке-гельфлингу. Подобно всем спритонам его кожа имела оттенок темной умбры. А еще он мог похвастаться длинной толстой черной косой, которая почти доставала до земли, когда он сидел. Он напряженно смотрел в свои раскрытые ладони и подпрыгнул, когда Найя прочистила горло. Он положил руки на колени, прежде чем Найя успела подсмотреть, что в них. Ее любопытство взяло верх над намерением расспросить о модре спритонов, и она произнесла:

– Что ты делаешь?

Его изумленные зеленые глаза вспыхнули, словно листок, сквозь который просвечивает солнце. Он был высокий, но худой, стройный по сравнению с ровесниками-спритонами, которые быстро становились крепкими и возмужавшими. У дозорных на входе в чащобу были потертые и загрубелые руки, а изящные пальцы парнишки мягко лежали на коленях. Мгновение тишины, повисшее на кончике вопроса Найи, болталось, будто слепоглазка на леске.

Парнишка неожиданно кашлянул и, раскрыв ладони, просто сказал:

– Орех.

У него в руках лежали две расколотые половинки. Под рыжевато-коричневой оболочкой и впрямь был белый орех. В серединке – красное семя, а по расположенной между семенем и оболочкой мякоти концентрическими кругами и овалами шли тонкие зеленые линии. Узор идеально совпадал, он был отзеркален, идентичный с обеих сторон. Интересное зрелище, но в пределах разумного.

– А, – произнесла она, стараясь вести себя вежливо. В конце концов, она ведь задала вопрос. – Не мог бы ты сказать, как мне найти вашу модру?

Парнишка прокашлялся и спрятал орех в карман, смущенно отведя уши назад.

– Конечно, – сказал он. – Модра Мера у очага.

Он указал на костер, на котором что-то готовилось, – его легко было заметить под тонкими, лениво поднимающимися в небо струйками дыма. Пожилая женщина-гельфлинг сидела там в окружении детей и наставляла двух мальчишек, которые находились ближе к костровищу и держали раздвоенные ветки над слабым огнем.

– Спасибо, – ответила Найя. – Ну… наслаждайся своим орехом.

Она оставила парнишку заниматься своим делом и пошла, следуя указанному им направлению и своему носу. Она почуяла еду и вблизи рассмотрела, что на обеих раздвоенных ветках поджаривался вишневый сквош. От сладкого насыщенного аромата готовящихся фруктов у нее раздразнился аппетит, и она услышала, как модра раздает приказы по всей площади, руководя спритонами, которые сновали вокруг, как жуки-скалли.

– Вы, дренчены, всегда знаете, как оказаться в нужном месте в самое неудобное время, верно? – произнесла модра, как только подошла Найя.

Она улыбнулась, правда, немного холодно, и протянула руку, подобно тому как делала матушка. Найя взяла модру за руку, сосредоточившись, чтобы удержаться от невольного сновидения.