– Во-первых, – сказала она, – нет никакой необходимости записывать мое путешествие и рассказывать мне песни у костра. Во-вторых, я очень надеюсь, что на свете не найдется ни одного гельфлинга, которого придется защищать от физзгига!
– Но в песне «Джарра-Джен и брюхо Короля» Король Физзгиг пожирает Джарра-Джена целиком, – решительно ответил ей Кайлан.–
– Звучит глупо, – прервала его Найя, но от одной мысли о том, как физзгиг проглатывает кого-то целиком – что за бред! – она едва не рассмеялась.
А Джарра-Джен, должно быть, ну очень маленький герой. Однако уговоры Кайлана возымели силу, и в голове у нее возник курьезный образ: пушистый красно-оранжевый меховой шарик, столь огромный, что в нем может спокойно стоять герой-гельфлинг. Не сдержавшись, она опять чуть не прыснула со смеху.
В попытке унять веселье, она отвернулась, а Кайлан продолжал:
–
Найя расхохоталась, не в состоянии сдерживаться. История была не
Смех был сродни дружескому костру и с каждым разом становился сильнее. Костяшками пальцев она вытерла проступившие в уголках глаз слезы, похихикала еще немного и продолжила путь.
На сей раз Кайлан не пошел за ней, будто наконец-то что-то понял. Он стоял тихо и печально, держась за лямки сумки и в отчаянии глядя на Найю; наконец она сбавила шаг и с легким вздохом обернулась.
– Ну, Сказитель Песен? – обратилась она к нему. – Нам предстоит долгий путь. У нас нет времени стоять, будто мы палки в грязи!
Он поднял голову, повернул уши в ее сторону, и она заметила, как на его лице заиграла улыбка. Он быстро догнал ее, и дальше они шли вместе, локоть к локтю, по пологим золотистым холмам.
Глава 11
Кайлан шел молча, держась за лямки дорожной сумки и посматривая налево и направо, непрерывно внимательно вбирая в себя меняющийся ландшафт. Теперь-то Найе было не так стыдно за свое собственное острое любопытство. Ей незнаком этот мир, но гордость не позволяла ей проявлять интерес
– Как дренчены летают?
Найя перестала разглядывать облака и посмотрела в пытливые зеленые глаза паренька.
– В каком смысле? С помощью крыльев, как и все гельфлинги.
Он указал на ее сумку, надежно закрепленную на спине и плечах двумя лямками. Щеки Найи потеплели.
– Это рюкзак моего отца, – ограничилась она коротким ответом.
– Понятно. – Она предполагала, что он продолжит развивать тему, но он попросту спросил: – А твоя матушка – модра дренченов Лаэсид, Целительница Голубого Камня?
Найя кивнула, готовая поскорее сменить тему. Так Кайлан понял, что имя ее матушки помогло ему завоевать ее расположение, хоть она и не желала этого признавать.
– Да. Я – старшая из сестер.
– Значит, когда твоя матушка отойдет от дел, ты станешь
– Да, – ответила Найя, пытаясь угадать, к чему он клонит. – Именно так и будет.
– Тебя это не пугает?
Она рассмеялась.
– Традиция
Кайлан пожал плечами.
– Модра Мера часто жалуется на матриархальное бремя. Она прилагает много усилий для поддержания порядка в Чащобе Сами и в соседних деревеньках клана Спритон. Предполагаю, что если в Соге нет таких проблем, то, наверное, там полегче.
– Проблем немало. Когда я была маленькой, я этого не понимала, но я многое познаю в процессе обучения. Быть
Найя оборвала свою речь, когда поняла, о чем она рассказывает. Кайлан подумал о том же и улыбнулся. Она фыркнула и задвинула идею подальше на задворки сознания, сменив тему и приступив к своим вопросам.