— Кто знает, — пожал плечами всё ещё изумлённый Гленард. — Может быть, даже и обрадуется…
Примерно в то же время, когда Гленард с Михалом осматривали тайное убежище Мисси в Белом городе, Славий и Ниара, сидя в тени на большом старом ящике, наблюдали за кожевенным складом в порту, на который им указал Роллен.
Склад этот был старым деревянным одноэтажным зданием. Доски стен потемнели и кое-где растрескались. Ворота склада покосились. Стропила крыши в нескольких местах слегка прогнулись от старости.
Вместе с тем, за зданием всё же ухаживали. Недостающие дощечки дранки на крыше были заменены на новые. Пара досок в стенах также белела новизной, взамен вывалившихся от старости.
Из печной трубы на крыше здания шел дым. Время от времени около ворот останавливались большие подводы, с которых бойкие молодые люди сгружали тюки, видимо, с кожей и, открыв ворота, уносили их вглубь здания. На другие подводы, подъезжавшие пустыми, те же грузчики мешки загружали. Пахло морем, подгнившими водорослями, старым деревом и мокрыми кожами.
Славий и Ниара сидели за углом, в тени другого складского здания, выглядевшего заброшенным. Отсюда им был хорошо виден вход в интересующее их строение, а сами они оставались совершенно незаметными для тех, кто в это строение входил или из него выходил. Наблюдатели внимательно всматривались во всех, кто появлялся возле кожевенного склада, выискивая знакомые лица или фигуры, но пока что безрезультатно.
— Где ты научилась сражаться, Ниара? — спросил Славий.
— Мой отец научил меня, ваша светлость, — ответила она.
— Пожалуйста, давай без светлостей, просто по имени и на «ты». Хорошо?
— Хорошо.
— Твой отец воевал?
— Он много лет был в армии. В имперской армии. Потом стал заниматься торговлей. Думаю, он всегда хотел сына, но получилась только я. Он понимал, что к нелюдям в Империи отношение плохое. Жаль, что не понял, насколько именно плохое. Он хотел, чтобы я могла за себя постоять. А мне нравилось играть с ним. Он был хорошим наставником.
— Ты сражаешься только саблей?
— Мечи, сабли, топоры, кинжалы, луки. Но больше всего люблю саблю. Люблю быстрый бой.
— Где твой отец теперь?
— Его убили, — помрачнела Ниара. — Разве ты не знаешь? Гленард не рассказывал?
— Нет. Как это произошло?
— Люди захотели отнять прибыльное дело у мерзкого нелюдя. И отняли. Так и произошло.
— Прости. А как ты познакомилась с Ролленом?
— Когда я осталась одна, я пыталась искать справедливости, но надо мной только смеялись. Я решила поехать в столицу, просить помощи или у Императора, глупая была, или хотя бы у своих собратьев. Я слышала, что здесь есть альвийская община. Когда я сюда добралась, познакомилась случайно с каким-то молодым альвом. Он привел меня к своим друзьям. Они оказались какой-то альвийской бандитской шайкой, таких тоже немало. Вместо того, чтобы помочь, они решили меня все вместе изнасиловать. Я убила двоих, остальные разбежались. Я убежала оттуда, слонялась по Черному городу. Потом села без сил у какого-то забора, голодная, замерзшая, обхватила колени руками и долго рыдала. А потом я подняла голову, и увидела Роллена. Слухи о происшествии разнеслись по всей нелюдской общине. Роллен заинтересовался. Искал меня и нашел. Помог, обогрел, накормил, помог с жильем, познакомил с Ардэном и его приспешниками. У нас было дело, важное для нас дело, и оно нас объединяло. А остальное ты знаешь.
— Печальная история…
— Она могла быть куда хуже. Но что в этом может понимать герцог, выросший в роскоши?
— Не всё так просто, — обиженно покачал головой Славий. — Я был сыном герцога, но не был герцогом и не был даже близко наследником. Да, жили мы не бедно, мягко говоря, впрочем, я так понимаю, и у тебя детство было довольно сытым. Но с четырнадцати лет, половина жизни, я был в армии. Был на войне, а потом в разных гарнизонах. Обычная жизнь младшего офицера. Грязь, кровь, холод, стужа, голод порой, и бои, бои, бои, в каждом из которых тебя могут убить. И никакое благородное происхождение не поможет. Так что далеко не всё в моей жизни было красиво и сыто. Возможно, я не пережил того, что ты, но, поверь мне, и боль, и отчаяние мне тоже хорошо знакомы. И свою семью, я, кстати, тоже потерял.
— Ты стал герцогом после смерти твоего отца? — спросила Ниара.
— Отца и двух братьев.
— Что случилось?
— Багряная весна.
— Мои соболезнования.
— И мои тебе, Ниара.
Они помолчали несколько минут.
— Никаких следов ни Ардэна, ни кого-либо еще из знакомых нам, — сказал Славий.
— Подождем еще, — предложила Ниара. — Роллен не пустослов. Если он направил нас сюда, значит, у него были для этого веские причины.
— Верю, — согласился Славий, — но солнце садится. Похоже, работники со склада собираются по домам. Скорее всего, они закроют склад.
— Подождем, пока они уйдут. Посмотрим, не удастся ли нам попасть внутрь и осмотреться.
— Давай, — кивнул Славий.
