Шум, казалось, приблизился, звучал уже почти на лестнице, и Дора проверила дверь. Плотно закрыта. Хотелось бы верить, что ей это поможет.
Тик-так.
Шум снова отдалился, ветер норовил разбить окна и впустить в дом дождь, и тут внизу резко скрипнула форточка.
«Выгнал, – поняла Дора, – выгнал». Но этого было мало.
Она снова кинулась к окну.
Посреди бури было ничего не видать, она едва ли могла различить собственный двор, и стало страшно. А если ворон не справится? А если пострадает или вовсе погибнет? Дора испуганно качнула головой. Нет, нет, даже и думать об этом нельзя. Нужно верить в лучшее, в то, что он справится, нужно… Дора всегда боялась, что мысли могут воплощаться. Она велела себе верить в ворона во что бы то ни стало и не верить в то, что пытается запугать их обоих. Не верить в зло, отравившее землю.
Дора подняла глаза на темное небо, полное рваных туч, и обомлела.
Огромная птица взмыла ввысь и в последний миг закрыла выплывшую из облаков луну. Ее крылья раскинулись от края до края: одно едва касалось полей и домов вдалеке, другое задевало верхушки леса. Черные перья целиком загородили лунный свет, и ночь стала настолько темной, что Дора, выключив лампу, не разглядела бы и собственные руки.
Внизу же, за забором, бесновалось нечто. Дора видела, как расползается по земле темный густой туман, даже дымка, как от нее леденеет трава, как дрожит все вокруг с каждым новым порывом ветра. Это была тень. Она то и дело поднималась, бросаясь на птицу, пыталась опутать ее, схватить, оттолкнуть, но та оставалась на месте.
С каждым новым броском тени ворон вздрагивал, но не отпускал луну. С каждым новым броском с него сыпались перья, и там, где они касались тени, она таяла.
Дора не знала, сколько так простояла, прежде чем ее все-таки сморила тревожная дремота. Не знала, сколько времени прошло, но проснулась она от стука в окно.
– Гор-разда ты спать. – Голос ворона звучал совсем тихо, и он почти что упал на подоконник, когда Дора впустила его в дом. – Это было непр-росто. Еще никогда мы не бор-ролись так. Как р-равные.
Он не нашел сил даже зарыться в принесенное полотенце, и Дора сама укутала его, забрала на руки.
– Ты в порядке? – спросила она осторожно. – Я видела, ты терял перья.
Ворон посмотрел на нее удивительно тепло.
– Думал, спр-росишь о другом. Но благодар-рю тебя. В пор-рядке. Устал, но ничего… Пр-риду еще в себя. А пер-рья… пер-рья отр-растут.
Он устало дернулся, опустил голову на край полотенца.
– Наверное, быть человеком так же утомительно. Теперь смогу проверить, если захочу.
И тут Дора поняла.
Он победил.
Тень исчезла.
– Так ты… ты… – Она не находила слов от радости, и ворон слабо закаркал – видимо, смеялся.
– Я, – подтвердил ворон. – Как много р-решает вер-ра… Ты повер-рила в меня, но не повер-рила в
Дора улыбнулась в ответ, и ворон ласково боднул ее руку.
– Так ты снова сможешь стать человеком? – спросила она. – Самым настоящим?
Ворон задумчиво посмотрел на нее, повел крыльями, словно пожимал плечами.
– Смогу. Да только, мне кажется, в холода этого делать не стоит. Птицей пр-роще зимовать. Да и пр-ривык я… Тысячу лет тосковал, думал, что запер-рт, а тепер-рь понимаю – пр-ривык. – Помолчал. – Птица свободна. А человек вечно пр-ривязан к земле.
Теперь тоска в его голосе была светлой и зыбкой, как рассветные лучи. Он отпускал. Прошлое и себя самого, чтобы оставаться собой. Просто немного другим.
– Еще проще зимовать, когда есть те, кто поможет, – сказала Дора скромно. – Оставайся здесь. Я спрячу тебя на чердаке, а потом уговорю маму. Или поставим тебе домик в теплице.
Ворон весело посмотрел на нее.
– Так я совсем изнежусь и забуду обо всем, что умею. А вдр-руг
Дора пощекотала его шею, и ворон довольно зажмурился.
– Теплица так теплица. Только пр-ридется тебе отдать мне диванную подушку – уж больно они славные, – произнес он тепло. – И мясо мне покупай посвежее, и…
Ворон говорил и говорил, больше шутя, а Дора рассеянно улыбалась. Гнетущее чувство, преследовавшее ее почти неделю, пропало, и осень за окном снова стала уютной, а не зловещей.
Дом снова стал родным, и Дора отпустила все страхи.
Ворон наконец нашел силы сесть ей на плечо и ласково клюнул в щеку.
Руководитель редакционной группы
Шеф-редактор
Литературный редактор
Креативный директор
Дизайнер
Иллюстрация на обложке
Оформление блока
Леттеринг
Корректоры
ООО «Манн, Иванов и Фербер»
