Вид Хогвартса из экипажа, запряжённого фестралами, после суматошных каникул успокаивал и давал ощущение, что всё вновь хорошо. Конечно, это было обманное впечатление — уже накануне вечером специальный выпуск Ежедневного пророка опубликовал перечень из трёх сотен имён сбежавших из заключения преступников, а на передовице и вовсе красовалось официальное представление Международной конфедерации магов к британскому правительству с требованием пресечь многочисленные и кровавые нарушения Статута под угрозой интервенции.
Было ли Министерство готово к решительному превращению ситуации в победу — вопрос, который Джинни назвала «скорее риторическим», подражая тону Слагхорна. Теодор не верил в успех министра Скримджера, недостаточно гибкого, чтобы заручиться помощью криминального мира, и недостаточно решительного, чтобы ввести диктатуру.
Это значило лишь одно — если Тёмный лорд не прекратит выступления, то магглы или конфедераты, и неизвестно, кто хуже, вмешаются в противостояние. Исход этого вмешательства Теодор предсказать затруднялся, но едва ли ситуацию удастся удержать в русле нынешнего уровня эскалации.
И всё же эти невесёлые мысли отступали при виде сказочного шотландского замка, высившегося над водами Чёрного озера.
На первом после каникул пиру большинство студентов, что оставалось в замке, было ошеломлено пришедшими новостями. Впрочем, обращение директора Дамблдора, напомнившего, что Хогвартс в безопасности, утихомирило паникеров.
Потянулись однообразные зимние дни. Будто бы в тон тоске, что нагоняли дементоры, серые тучи оккупировали небо над замком. Снег сменялся мелким дождём, и вновь сменялся снегом. Первые недели января вогнали Теодора в умиротворённое состояние, и мало что могло его из него вырвать.
— Тео, — дёрнул его за рукав в библиотеке Луи. — Можем поговорить?
Нотт улыбнулся и потрепал юного брата по волосам.
— Да, давай, только не здесь — чтобы не нарушать тишину.
«Чтобы не показываться на глаза вместе». Этого он не сказал.
Закрыв двери пустого класса Коллопортусом, Нотты расположились на разных партах. Луи — за партой, Тео — на соседней.
— Ты хотел что-то спросить?
— Да, — мальчик кивнул с хитрым видом. — Что такое «статус крови»?
— Не говори, что уже не разузнал, — усмехнулся Теодор, пристально разглядывая Людовика. — Ты ведь знаешь, что это такое.
— Ну… а расскажи ты?
— Статус крови — неофициальный показатель, описывающий происхождение волшебника, — менторским тоном пояснил Теодор. — Существуют чистокровные, полукровные и магглорождённые маги.
— А кто такие «настоящие маги» в этом списке?
— Так один наш… родственник, не сильно важно, кто, называл рождённых в семьях, где на десять поколений все были магами. Наш отец, например. При этом в роду моей матери были сквибы, поэтому я просто чистокровный, а ты — полукровка.
Мальчик состроил задумчивую мину.
— Но меня обзывают грязнокровкой, — полуутвердительно сказал он. — Дурачки.
— Дурачки. В этом году мы не будем раскрывать этого секрета, — подмигнул ему Тео, надеясь, что тот подыграет. — Вот когда дело дойдёт до свадьбы…
— Фи, свадьба, — скривился мальчишка. — Меня не хотят в квиддич брать из-за статуса крови!
Теодор молчаливо удивился тому, что на Хаффлпафф это играет хоть какую-то роль.
— Можно я хотя бы Фоули расскажу?
— Вы с ним подружились? — Теодор вскинул бровь.
— Ну… Грим хороший парень, и у нас с ним одна кровать. Он спит на верхней полке, а я на нижней.
Артур никогда не упоминал о двухэтажных кроватях на барсучьем факультете, и Теодору сразу вспомнилась кровать в доме Томасов, где он бывал однажды.
— Не расшиби голову, о верхнюю полку, братишка, — машинально ответил он. — Да, Гриму можешь рассказать, только это секрет. Его дед…
— Вот уж чего он не любит, так это когда ему дедом тыкают! — перебил его Луи.
— Дослушай, что я говорю! — прикрикнул Теодор. Луи пристыженно замолчал. — Его дед попросил меня приглядывать за ним. Если вы друзья, приглядывать за вами двоими будет проще, чем за каждым по-отдельности, понятно?
— Понятно, — буркнул Луи. — А летом ты возьмёшь меня к себе в замок?
— Нет никакого замка, — Теодор развёл руками. — Но полетать на мётлах обязательно возьму, не сомневайся!
— Поймал на слове! — рассмеялся мальчишка, вскакивая со своего места. — И вообще, я стану ловцом и выебу… ой, то есть, — он покраснел, — выиграю у слизеринцев, вот.
Теодор лишь покачал головой на такое сквернословие и снял чары с дверей. Смущённый Луи, не попрощавшись, выбежал оттуда, а за ним вышел и Нотт под озадаченный взгляд Серой дамы.
— Миледи, — кивнул он приведению, и та на старофранцузском что-то ответила ему про манеры.
Уже вечером Теодор, засыпая, поймал себя на мысли, что ни разу не уделил за год внимания Джоли.
