Вслед за провожатым Дином, убравшим учебник в глубину своего заплечного мешка (он назвал его словом «рюкзак») ребята углубились в маггловские районы. Улица за улицей они погружались во всё более тревожную атмосферу. Здесь почти нигде не было следов, даже остаточных, от волшебства, к которым даже среди маггловских улиц уже привык Тео (во многом бывший причиной их появлений), зато были неубранные горы мусора, странного вида подростки, презрительно оглядывавшие компанию, грязные и местами разбитые окна жалкого вида домов… словом, это был маггловский аналог Лютного переулка.
— Навевает воспоминания, — невесело поёжился Арчи, покосившись на Тео. Тот лишь кивнул.
— Воспоминания о чём? Тут, конечно, сейчас темно и кажется, что грязновато, но в целом уютно, — ответил Дин невпопад.
Наконец, он свернул на одном из поворотов, пропустив выезжавшую машину (оказывается, это были не маггловские големы, а самые настоящие самодвижущиеся телеги, которые на порядок комфортом превосходили и ковры-самолёты, и тем более собственно телеги. У деда Тео была такая, переоборудованная в гоночную повозку для гиппогрифа, и её обломки никак не походили на металлических монстров, на которых передвигались магглы).
— Ну, вот мы и на Джеймессон-стрит, — улыбнулся он. — Я живу вон в том доме, — он махнул в сторону многоэтажного здания в глубине улицы. Пойдёмте?
Дорогу им перегородили какие-то высокие чернокожие подростки на несколько лет постарше Тео.
— Чё это за тёлки, Томас, — отбросив сигарету, какие курили многие магглы (и даже некоторые юные маги в Хогвартсе из числа старшекурсников, нещадно гоняемые Филчем), хриплым высоким голосом спросил пацан повыше. — Ты привёл их для нас с Майком, а?
— Реджи, — хмуро толкнул его второй, более коренастый и угрюмый парень со странной прической. — Ты что, это же те самые цыплята, которых нам обещал Лысый! Забыл?
— А мне похер на Лысого! Я, может, сегодня чуть штаны не обкончал с утра, ясно? Мне нравится вот эта тёлка, — указал он на Арчи и засмеялся, обнажив неровные жёлтые зубы. Тео скривился.
— Слышь, — зашипел Артур, удивив Тео. — Я не тёлка, ясно? А свои штаны можешь, нахер, пойти почистить, а то, кажется, ты обосрался!
С неприятным звуком что-то чавкнуло. Тео почувствовал, как Артур применил какое-то проклятье, впервые увидев такое, а высокий парень стоял с растерянным видом так, будто бы совершенно потерялся относительно происходящего вокруг.
— Фу, Реджи, ты че, реально обосрался?! — воскликнул коренастый громко. — Твою мать, Реджи! Твою мать!
— Пойдём, — дёрнул нас Дин. — Хватит терять время с этим идиотом. Вечера, Майк.
Оставив ошарашенного длинного и ржущего толстого, парни поспешили вслед за Дином, и вскоре оказались перед дверью внутрь дома.
— Так, — перевёл дух Томас. — слушайте, у меня там двое мелких, брат восьмилетний и сестра трёхлетняя, не трогайте их, пожалста, ок? А то вы, — зыркнул он на Арчи, — смотрю, кое-что можете!
Артур потупил глаза.
— А вот старший мой, он называет себя Кинжал, он, конечно, да. Ему не помешает твоя отповедь, Арчи! — продолжил Дин.
Наконец, они зашли в дом. Лестница уходила вверх, на следующие этажи, а ребята поднялись до первого же — где в тусклом уличном свете угадывалось четыре двери. Дин постучал в третью из них.
— Это я! — крикнул он, и дверь открылась. Хмурая усталая женщина в домашних штанах с отвисшими коленями, с проседью в волосах и морщинами на когда-то красивом темнокожем лице улыбнулась, увидев Дина, и пропустила ребят внутрь.
— Ма, это Тео и Арчи, мои школьные приятели.
— Очень приятно. Меня зовут Мия, — представилась женщина, закрыв дверь, — а это, — она махнула рукой в сторону комнаты, откуда выглядывал заинтересованный мальчишка помладше, — мой младший сын Эни.
— Кинжал дома? — спросил деловито Дин.
— Нет, Диззи сказал, что сегодня он заночует у приятелей, — покачала головой женщина. — Проходите, у нас тут тестновато, но…
Ребята вежливо улыбнулись и прошли вслед за Дином в его комнату. Маленький Эни тут же спрятался за свою кровать. Как оказалось, в комнате они жили втроём — старший брат Дина, он сам (на нижнем ярусе двухэтажной кровати) и на отдельной кушетке — мелкий. Узкий стол, заваленный всяким хламом, довершал картину, а открытое окно с единственной шторой, выходившее куда-то во внутренний двор, было единственной вентиляцией.
— Чем это у тебя тут так пахнет? — негромко спросил Арчи, когда Дин закрыл дверь. — Это что, кто-то носком чтоль пользуется?
— Ты знаешь, что это? — удивлённо спросил Дин у Гэмпа. — Вы же аристократы…
— Это Тео аристократ, — Арчи похлопал его по плечу, — а я несколько лет жил в кругу беспризорников. И там пользовались носками не по назначению, факт.
— Ну и дела… но да, Кинжал каждый вечер слюнявит в носок, — то, о чём говорили ребята, было совершенно не понятно Теодору, и он с хмурым видом сложил руки на груди. — Один и тот же к тому же. А иногда просто на пол, за кровать.
— Ну, тут без волшебства не обойтись, — усмехнулся Арчи. — Тео, сможешь очистить от грязи угол за кроватью? Ну и воздух. А то мне аж дышать от такого… эээ… амбре тяжело.
