— Теодор, как ты думаешь, Снейп на нашей стороне? — спросила девушка, прижимаясь к нему. Её шестнадцатый день рождения прошёл без братьев, и только Тео был гостем. Он буквально чувствовал, как она взрослеет день ото дня, столкнувшись с такими испытаниями.
— Кажется, он всегда был на своей стороне.
Они виделись с директором ещё два раза. На первый Тео ознакомился с предварительными расписаниями и списком старост, назначенных на пятом курсе. Старостами седьмого курса Гриффиндора по-прежнему значились Грейнджер и Уизли, и при нём Снейп вычеркнул без остатка их фамилии, оставив без замены. Во второй он передал мужчине собранную плесень — ради этого ему пришлось даже встретиться с Дином. Они оба посмотрели друг на друга долгими взглядами, а потом темнокожий парень ушёл в облюбованную спальню и не показывался, пока Тео не аппарировал оттуда.
Попрощавшись, Нотт аппарировал и из Норы.
Последние недели, с того дня, как миссис Флитвик прислала официальное письмо от Хогвартса с указанием на одобрение платежа о зачислении студентов, Теодору слали благодарственные письма. Это было неожиданно — он в целом считал, что магглорождённые вряд ли вообще знали о происходивших изменениях в магическом сообществе; однако совы (из публичных совятен Косого переулка или других мест) приносили письма одно за другим.
Писали братья Криви, писали младшекурсники Гриффиндора и Райвенкло, писали друзья тех, чьи на самом деле жизни Теодор выкупил у судьбы, позволив этим детям пойти в школу.
Эти письма читал в основном Артур, рассказывая Тео интересные моменты — у него самого практически не было времени. Сотни дел, с которыми сталкивались Старшие префекты, легли на него. Организация патрулей в поезде, подготовка флотилии лодок для первокурсников, определение числа фестралов и экипажей, необходимых для доставки студентов со станции в замок… он не подозревал, что вся эта организационная работа выполняется не директором и не его заместителем, а именно что старшими префектами.
Снейп в ответ на его недоумение пояснил, что префекты должны соответствовать своим декларируемым качествам, ответственности, способности решать проблемы с помощью магии и дипломатии, и припечатал тем, что именно старшими префектами раньше назначались представители школы в Визенгамоте.
Школа была не просто местом учёбы, но и местом социализации, это Теодор хорошо понимал (а термин, который раскрывался в целой книге, послужил основой для дискуссии на шестерых, с братом, Фоули, Арчи, Невом и Джинни, которых он допустил в Уэльс), но такого глубокого погружения в Настоящую Жизнь для старшекурсников он не предполагал.
Невилла, Артур и Терри эти же дни по его команде проводили в подготовке планов и регламентов того, как именно должна будет строиться Дисциплинарная Дружина Хогвартса. С одной стороны, это он пообещал организовать её Снейпу, а с другой… Тот факт, что Теодор стал Старшим префектом, был воспринят как данность; факт того же, что зельевары в Британии оказались без ингредиентов, и замок рисковал стать самым травматичным местом всех Островов, всех устрашил, и свою помощь в этом вопросе они предложили сами.
Утром в субботу, тридцатого числа Теодор вновь явился в кабинет директора Хогвартса камином, где его уже ждал Снейп, хмурый и невыспавшийся.
— Добрый день, профессор, — поздоровался Тео. — Собрание будет здесь?
— Нет. Идите за мной, Нотт.
Дамблдор наверняка бы театрально попросил Фоукса перенести их в другую часть замка, хотя феникс наверняка слушался его и без команд голосом. Снейп же быстрым шагом спустился по движущейся лестнице, прошёл открывшийся барельеф и устремился по коридору. Теодор едва поспевал за ним.
До того он не слышал, чтобы старшие префекты посещали преподавательские собрания перед новым учебным годом. С прежними старшими префектами, кроме Уизли-третьего, он и не водил отношений, но Джинни ничего ему не говорила о том, что Перси когда-то ходил в школу в августе. Он её, впрочем, и не спрашивал.
Наконец, они добрались через несколько лестниц и десяток коридоров до помещения на третьем этаже. Именно здесь профессор Люпин провёл первое практическое занятие — тогда, много лет назад, он отыскал своим волчьим, как теперь понимал Теодор, чутьём боггарта в одном из шкафов, и слизеринцы на пару с гриффиндорцами его уничтожили своим смехом.
Теодор вошёл следом за директором — и оказался последним. Дверь за ним захлопнулась, повинуясь движению руки Снейпа. Нотт занял свободное место за одной из парт, и огляделся. Присутствовавших преподавателей можно было разбить на в общем и целом три категории. Первая, представленная Макгонагалл, Спраут, Слагхорн, Помфри и Трелони, имела траурный вид. Декан Гриффиндора сидела, словно проглотив палку; декан Хаффлпаффа то и дело вытирала слёзы, а Трелони и вовсе раскачивалась, словно в трансе, всхлипывая. Слагхорн просто тяжело вздыхал, то и дело поправляя свои манжеты.
