Это было интересным предложением. Эндрю Карамеди поставил Теодору задачу, ни много ни мало, выманить каким-то образом Тёмного лорда под удар магглов. Или просто её обрисовал как возможный вариант развития событий. Тео видел единственный путь того, чтобы Тёмный лорд прибыл в замок: если он покажет Кэрроу, что в его руках диадема Райвенкло (что было неправдой), а затем там же окажется Поттер, который продемонстрирует остальные артефакты-хоркруксы, если они вообще были. Тогда с Тёмным лордом можно было бы рассчитывать на встречу.
Такой исход неминуемо привёл бы к кровавому противостоянию с лучшими бойцами «лича», как его называли противники. И скромные запасы Хогвартса, как бы не кичилась лучшими теплицами в Шотландии профессор Спраут, едва ли могли бы им помочь.
Нельзя сказать, что это было единственным путём, безвыходным положением. Тео не был готов войти в историю как амбициозный мальчишка, поставивший под удар великого, несомненно великого, пусть и ужасного тёмного колдуна целое поколение, под тысячу юных волшебников, многие из которых считали именно Нотта героем, давшим им путь в будущее. И тем не менее, любое противостояние Тёмному лорду требовало от него страховать риски, пусть и экспериментальными зельями.
Мысли проносились в его голове стремительно, словно квиддичисты на «Молниях». Тео поправил воротник и сглотнул вязкую слюну.
— Сколько… сколько тебе нужно заплатить за это, Эдуард Принц?
— Тысячу галлеонов, Теодор Нотт, — усмехнулся тот. — За бочку каждого.
Деньги Карамеди не могли найти более достойного применения прямо сейчас.
Дни школьной жизни поплыли друг за другом, постепенно входя в колею. Префекты и «дружинники самообороны» патрулировали коридоры, студенты получали взыскания и теряли баллы, получали отработки и учились спать стоя, не переставая при этом писать мелом.
Каждый из обитателей Хогвартса чувствовал приближение осени.
Деревья на опушке Запретного леса начали желтеть. Приведения задумчиво фланировали на нижних этажах. В Трапезном зале каждый приём пищи стало появляться больше овощей, которые росли и созревали в разросшихся овощных теплицах рядом с домиком Хагрида. Тео пару раз замечал, как бывший хранитель ключей с грустным видом и всклоченной бородой катает на тачке здоровенные тыквы к границе стен Хогвартса, откуда их забирали эльфы.
Интересным было поведение Пожирателей. На последней неделе сентября близнецы Кэрроу, то и дело исчезавшие из замка и появлявшиеся лишь в некоторые дни, те, в которые у них стояли занятия, обосновались в замке уже на постоянной основе. С мрачным видом и явно не лучшим настроением они бродили вечерами по коридорам, стращая подростков.
Вечерами Невилл, сидевший с картой Поттера у себя в гостиной, координировал маршруты студентов так, чтобы никто не пересёкся с Кэрроу, и на одном из редких занятий семикурсников по ЗоТИ, куда Тео всё же решил прийти, Амикус Кэрроу заявил ему, что считает Тео пустобрёхом, все слова которого про дисциплину окончились ничем, и коридоры перестали патрулировать вовсе.
Тео возразил.
— Замок не в осаде, чтобы мы каждый день толпами проверяли, не высадились ли диверсанты на мётлах на куртины и вершины башен.
— Зато Ирландия отсюда в полутысяче миль, Нотт, — рявкнул в ответ теряющий спокойствие Амикус. — И кто знает, на какую подлость они решатся теперь!
В замке не было особых известий с соседнего острова. Ирландские студенты-младшекурсники учились вместе со всеми, играли в квиддич и плюй-камни, занимались в библиотеке и посещали Хогсмид. «Пророк» же совершенно молчал по поводу любых событий там, на острове святого Патрика.
Даже обращение Визенгамота не было опубликовано в газете. Ни-че-го.
Нет, слухи ходили. Один другого краше. Что ирландцы захватили Дублин и Белфаст. Что дементоры, наоборот, опустошили эти города. Что магглы снабжают магов оружием, и это вопиющее нарушение Статута. Даже некоторые студенты поддавались этим слухам. Единственным надёжным источником у самого Тео было мнение Невилла, которому прислал письмо Симус, то есть, теперь — Шеймус Финнеган. Лонгботтом не давал Нотту читать послание целиком, но отметил: «У них всё так хреново, что Симус хочет сбежать в Хогвартс и устраивать здесь подполье».
— Министерство Магии Британии ведёт усмирительные зачистки в Ирландии, — заметил Теодор. — Министр Тикнесс не делал заявлений, что всё завершилось успешно, но и не говорил обратного. Вы считаете, что замку угрожает что-то ещё?
Кэрроу не стал ничего отвечать и посадил Нотта обратно, лишив его десятка баллов за прогулы занятий. Впрочем, едва ли самому Пожирателю было интересно вести их — с каждым днём его интерес падал всё ниже, и лишь отработки слабеньких тёмных проклятий, подпитывавшихся ненавистью, сглазов, вызванных злобой, наговоров, порождённых завистью, на более слабых, беззащитных студентов, которых потом расколдовывала с тихим злым ворчанием мадам Помфри, приносила ему удовольствие.
На седьмом курсе таких не было, да и сам он не лез.
В начале октября на одного такого студента меньше стало и на втором курсе.
