Казалось, что никто другой не видел особенности, происходившие с Джинни Уизли. Грейнджер неожиданно попала прямо в Рождество в Больничное крыло из-за употребления собственноручно сваренного зелья, из-за чего декан, которого в Хогвартсе утром не было, вернулся в замок. На ужине он громко отчитывал вслух тех идиотов, которые пытаются варить оборотные зелья вне лабораторий (видимо, это относилось к кому-то конкретному — но ни к кому напрямую). Его перекрикивали громогласные стенания Хагрида, жаловавшегося на гибель последних петухов в курятнике, несмотря на праздник.
Близнецы Уизли веселились, а вот Теодору было не до шуток.
Утром после рождества Тео выскользнул из гостиной ранним утром. Если вдруг его догадка была верна — зачем-то же Джинни выходила ранним утром на улицу, что ей в октябре было сыро и вязко, как в киселе, — то Уизли с этим темномагическим артефактом могла бы оказаться и вновь…
Ноги принесли его к тому самому злосчастному коридору, где нашли кошку Филча. Воды в этот раз на полу не было, как и надписей на стене, сделанных, кстати, как раз на уровне, куда доставала бы Джинни. Тео послышались неровные шаги — и он вновь ускорился, на этот раз резко поворачивая за коридор.
Джинни Уизли — а это была именно она — несла темномагический артефакт прямо в руках, уткнувшись в них, как в книгу. Теодор в последний миг увидел, как чёрные, липкие путы какого-то проклятья опутывают её, проникая в глаза и уши, а взамен она отдаёт тонкие серебристые и красные нити чистой магической силы. Это всё он понял за миг интуитивно, а потом они столкнулись.
— Ой! — вскрикнула девочка. Артефакт, какая-то книга, которую Теодор вышиб из её рук, улетела ей за спину. Джинни не упала, поддерживаемая за локоть юношей, но из её сумки рассыпались все вещи. — Это снова ты! — обвиняюще сказала она, сфокусировав взгляд. — Хватит в меня врезаться, Нотт!
Джинни попыталась вырваться, и Теодор видел с ужасом, как артефакт пытается как будто бы нащупать её по голосу.
Интуитивно Теодор выпустил магию, скорее от ужаса и страха, и волна огня, не видимая девочке, сорвалась с кончика его пальцев на правой руке. Книжка вспыхнула, нити тёмной магии пропали, но сам артефакт остался цел.
— Пусти уже меня! — уже тише сказала девочка. — Кажется, вещи рассыпались…
Она всхлипнула.
— Всё будет хорошо, — прошептал Теодор, зачем-то приобнимая её. — Сейчас мы соберём вещи.
Ему подумалось, что, увидь его близнецы, расправы не миновать. Впрочем, решения у него не было.
Он помог Джинни поднять вещи, и попытался трансфигурировать одну чёрную книжку в ту, на которую был похож артефакт. Взволнованная девочка успокоилась, получив книгу назад в руки, и Тео проводил её до лестницы, а затем бегом вернулся к месту, где оставил проклятую вещь.
Она всё ещё лежала там.
«Мерлин и Моргана!» — подумал Теодор. Этот артефакт стоило куда-то деть подальше от людей. Например, в ту самую комнату к Варнаве…
— Нет, — сказал Теодор Нотт вслух, будто бы сбрасывая липкие оковы подчинения. Оказывается, за какой-то миг этот артефакт оказался у него в руках, а сам он стоял почему-то на месте той самой лужи. — Нет, — повторил он, роняя на пол книжку. — Я не позволю тебе завладеть моим разумом!
У него не было сумки, но он стащил с себя плащ, завернул в него руку, и только так взял двумя пальцами книжку. Откуда-то из коридора послышались шаги — это явно были близнецы Уизли. Теодору стало страшно, очень страшно, и он побежал.
Не разбирая пути, он бежал, перемахивая через ступени, преодолевая недвижимые лестницы, явно седьмым чувством ощущая, что бежит не просто так. Ему нужен был декан и его камин — другого пути к директору он не знал.
В целом ему была нужна любая помощь. Он вспомнил, что негласным правилом Хогвартса было оказание помощи нуждающимся, ещё в Средние века…
Очередной поворот на очередном этаже, он наткнулся на какой-то гобелен, и вдруг кубарем полетел вперёд и вниз, не отпуская проклятый артефакт.
— Скорее, ну же, к Дамлбдору! — простонал Теодор, хватаясь за бок другой рукой. Ему было холодно, больно и страшно… боль в руке шла от большого и указательного пальцев, которыми он держал проклятую книгу. Снова Варнава Вздрюченный.
Куда бежать, направо, или налево?! Теодор метнулся в одну, в другую сторону — ему чудилось, что худшие кошмары атакуют его. Вон Уизли с маниакальными улыбками — нет, это лишь доспехи, вон Квиррел с вампиром в затылке — нет, это лишь портрет… Наконец, он снова уткнулся, едва не рыдая, в гобелен, и услышал скрип.
Повернулся — и узрел дверь.
«Дамблдор живёт здесь!» — пронзила его воспалённый мозг мысль. Рука онемела от боли, ткань плаща плавилась и жглась, а проклятый артефакт пытался навязать ему свою волю. Собрав все силы в кулак, Теодор Нотт открыл дверь и ввалился внутрь.
Едва сделав шаг, Теодор рухнул, споткнувшись обо что-то, и темномагический артефакт вылетел из его руки куда-то вперёд.
— Прошу прощения? — озадачено спросил голос директора. — Мистер Нотт?
Тео не мог сказать и слова. Его тело била судорога. Артефакт всё ещё пытался атаковать его.
