— Ты прислал мне письмо о том, что в Школе заявили об открытии Тайной комнаты. Помню, Альбус. Хорошо, что ты проверил, я ли это, — волшебник неприятно рассмеялся, повернувшись к Теодору. — Это этот мальчишка? Маловат. Непохож на Наследника, хотя… Я знаю эту породу. Нотт, да? Яблоко от яблони, Альбус! Всех сынков этих ублюдков надо было с пелёнок заключить! В! АЗКАБАН! — он рвякнул так, что на стене заверещали портреты. Тео вжался в кресло, незванный волшебник навевал на него животный ужас.
— Тише, Аластор. В Хогвартсе никто не может обвинить голословно студента в таком преступлении, как нападение на живое существо.
— Потому-то мне постоянно пишет старший Вуд с просьбой подсказать чары для борьбы со слизеринцами, — осклабился «Аластор». — Я забираю этого ублюдка в Азкабан?
— Аластор! — прикрикнул директор. — Я же сказал. Ты не при исполнении, отставь свои аврорские штучки. Мальчик не виновен… по-видимому. Взгляни сюда.
Отставной аврор взглянул на стол директора и тут же молниеносно выдал несколько заклинаний. Птица, дремавшая на жёрдочке, взмыла в воздух, а документы, лежавшие на столе, заметались вокруг, полыхая. Дамблдор покачал головой и сделал свой пасс палочкой, освобождая стол и унимая горение бумаг.
— Что это за ДРЯНЬ, Альбус! — воскликнул аврор. — А я думаю, что мой вредноскоп в кармане так стрекочет! Тебя не учили пользоваться вредноскопами? Полезный артефакт!
— Ты же знаешь, Аластор, я часто вынужден работать с опасными реагентами в своих изысканиях.
— Так эта дрянь и есть твои изыскания?!
— Нет, этот тёмный артефакт, рискуя жизнью, принёс студент Нотт. Взгляни на его руку.
Тео и сам посмотрел на его руку. Большой и указательный пальцы были покрыты волдырями, но уже сходящими, а, напрягшись, он увидел остаточные следы от тёмной магии.
— Это его фамильная дрянь, Альбус!
— Отнюдь. Взгляни на подпись.
Аврор умолк. Его волшебный глаз замер на месте, рассматривая темномагическую книгу.
— Так ты думаешь, что это…
Дверь кабинета с грохотом распахнулась, и внутрь вступил раздражённый Северус Снейп.
— Профессор, если вы считаете, что отрывать меня второй день от семейного праздника — это хорошая идея, то вы очень ошибаетесь! — гаркнул он.
— А, Северус, так это твоя книжка? — гаркнул в ответ отставной аврор.
— Тут ещё и Шизоглаз? Прекрасно, — Снейп явно был в ужасном расположении духа — а Тео потрясла мысль. Так вот, как выглядел Шизоглаз! Шизоглаз Муди, имя которого до сих пор приходило к нему в кошмарах. — Мистер Нотт? Я удивлён.
— Мальчик храбро поступил и воспользовался помощью самого замка.
— Я забираю его?
— Нет. Он обладает редкой способностью, что может нам помочь.
— Какой это способностью? — прищурился Шизоглаз. — Быть скользким слизеринским ублюдком, как его декан? Проклятые пожиратели!
— Ваша школьная ярость на последователей Тёмного лорда переросла в шизофрению, — выплюнул Снейп. — Стоило бы повзрослеть.
— Северус, — с упреком отвлекся от каких-то сложных чар Дамблдор. — Не тебе об этом говорить. Давайте сосредоточимся на деле. Профессор Снейп, мистер Нотт, сейчас сделает шаг к столу и задерёт рукав своей мантии. Да, Северус. Мальчик понимает, я думаю, многое и без этого подтверждения.
Зельевар со страшной гримассой, под прицелом палочки Шизоглаза сделал шаг к столу и задрал по локоть рукав своего пальто. Тео ахнул. Чёрная метка, такая же, как и у отца, черным отпечатком была зафиксирована на его руке.
— На счёт три, мистер Нотт. Раз… Два…
Снейп вскрикнул от боли, когда клубившаяся в куполе магия книжки отравленным кинжалом ринулась к его оголённой руке, впившись в самую метку. Она запульсировала странным цветом, будто бы разбуженная от давнего сна, но через мгновение успокоилась. Купол, удерживавший магию артефакта, вновь был прочен.
— Эта магия будто бы попыталась добраться до м-м-метки профессора Снейпа, — как можно увереннее произнёс Теодор.
— Он что, такой же, как тот хам, которого ты пытался сосватать мне в стажёры в восемьдесят девятом?
— По-видимому, Аластор, природа их дара одна и та же. И тот мальчик проявил себя как талант в руках гоблинов, к сожалению.
— Я могу идти, профессор? — Снейп в яростном исступлении сверлил, прожигал директора. Какое-то мгновение они смотрели глаза в глаза, но декан первым отвёл взгляд, став заметно спокойнее.
— Ты можешь воспользоваться камином, Северус. Счастливого рождества.
Молча Снейп в два шага пересёк кабинет и сыпанул в камин порошок. Мгновение — и его как не было.
— Теперь все пожиратели знают, что их повелитель не мёртв, — пробормотал Дамблдор. — Второй раз за год. Что это нам даёт…
— Эту дрянь нужно уничтожить! — безапеляционно заявил Муди. — То, что Том оставил после себя такие подарки…
Тео почувствовал сильную усталость, и, приложив усилия, всё же открыл глаза, растекаясь по креслу.
— Мистер Нотт, я вижу ваши страдания. Мы с Фоуксом сделали всё, чтобы спасти ваши пальцы, но я не могу вас отпустить. Не сейчас.
