Теодор подумал про средневековые изваяния, венчающие речной портал передних врат замка, выходящих на пристань, где когда-то они всем замком встречали корабль Дурмстранга. Они выглядели достаточно устрашающе, чтобы пугать первокурсников, приближающихся к замку на лодках в день церемонии Распределения. Нюанс был в том, что он, например, даже не замечал их в свой первый год — а тот вечер он помнил хорошо: столько Магии в одном месте… он будто бы съел тогда яблочный пирог после долгого голодания. Последняя мысль, пролетевшая стремительно в голове, вернула его к дням теперешним.
— Как видите, многие студенты уже предпочли стать изваяниями от голода, — желчно усмехнулся он. — Впрочем, уверен, Школа Хогвартс будет подчиняться приказам директора.
— Подчиняться приказам… о, да, мистер Нотт, — ведьма сверкнула глазами и аж пристукнула в раздражении кончиком зонтика о пол, рассыпав зелёные и красные искры. Теодор опасливо покосился на этот фейерверк, с шипением погасший на истёртых каменных плитах пола. — Вы сделали всё, чтобы провалить настоящий
Нотт нервно поправил свой изумрудно-зелёный с серебристыми полосами галстук. Он встречался с Поттером, а потом и с Уизли, зная, что Лестрейндж выделил конкретный срок, но ничего не сообщил в ответ. Это было не провалом, нет, но если время истекало, то его позиции могли бы сильно пострадать. В разных смыслах.
— Никто не готов к тому, что неделя гноллов наступила так рано, — тихо проговорил он, стараясь не дать себя услышать в зале. — Поэтому результата пока нет и не может быть. Но он будет!
— Будет? — сузились глаза колдуньи.
— Непременно. Апрель — это четыре недели, миссис Пинкертон, поэтому мы неизбежно достигнем успехов, — туманно ответил Теодор, чувствуя, как намокает спина.
Его собеседница поджала губы и, не прощаясь, одарив его холодным, презрительным взглядом, удалилась, круто развернувшись на каблуках. «Мегера», — зло подумал Теодор, глядя ей вслед. Лестрейндж внушал страх одним своим видом, бархатным голосом и парой фраз, которыми он пригвождал собеседника, словно булавками — пойманную бабочку. Пинкертон же была въедливой ищейкой, которая внушала неприязнь своим цепким подходом для решения поставленных целей. Ей было плевать на школьные правила и распорядки, и лояльность её, видимо, принадлежала далеко не Лорду. Наложить Империо на внука покойного Верховного чародея? Легко! Надавить на старшего префекта, угрожая одними словами раскрыть его тайны и риски перед всеми его союзниками в замке? Элементарно!
Она и Руквуд были стократ лучше Кэрроу, но Кэрроу легко выходили из себя, а потому их можно было контролировать через этот гнев и жертвы… эти же слуги тирана были себе на уме, а потому даже стократ опаснее.
Зло топнув ногой, Теодор ощутил голод и быстро зашагал к своему месту.
Надзиратели, которых прогнозировал Снейп, появились во вторник.
Понедельничные занятия в новых реалиях прошли достаточно ровно. Никто не пытался саботировать перемещения между классами, а самые рьяные несогласные, по крайней мере, на Слизерине — те, кто видел в действиях Снейпа предательство, своим же собственным голодомором лишили себя сил сопротивляться.
Нотт оставил эту заботу вновьназначенному Тафту и старостам пятого курса.
В завтрак последнего мартовского дня за стенами замка шёл промозглый шотландский дождь. Студенты теперь не могли покидать пределы древней крепости, а дрянная погода за окнами лишь усугубляла это. В середине часа двери зала распахнулись, запуская внутрь мрачного, как туча, Снейпа в сопровождении трёх магов. Двое из них были знакомы Тео, но он не ожидал их увидеть здесь — это были Эдриан Пьюси, закончивший Хогвартс уже почти пять лет назад, и Роберт Хиллиард, старший префект в первый год Теодора в замке. Третий маг был ему незнаком.
Пьюси было легко узнать по его фирменной причёске, но правая сторона его лица, когда он повернул голову, оглядывая зал потухшим взглядом, оказалась изуродована шрамами, что не могли появиться ниоткуда, кроме как от проклятья.
Хиллиард хромал, опираясь на трость. Когда четвёрка колдунов в полной тишине зала дошла до преподавательского стола, Теодор смог углядеть, что магия буквально сияет, просачиваясь из-под мантии светловолосого — вернее, даже поседевшего! — райвенкловца.
— Студенты Хогвартса, — возвестил мрачно Снейп. — Позвольте представить вам вновь назначенного Генерального инспектора, мистера Альберта Ранкорна, и его помощников, Эдриана Пьюси и Роберта Хиллиарда.
Никто не попытался даже изобразить аплодисменты.
— Генеральный инспектор будет сопровождать процессы… обучения, чтобы никто не жульничал на предстоящих вам экзаменах. В зависимости от его решения вы можете потерять возможность претендовать на переводные экзамены, — продолжал Снейп, оглядывая зал, — а, значит, тех, кто навлечёт его недовольство, ждёт отчисление из Школы Хогвартс и слом палочки. Помните о дисциплине.
