Черт возьми, все болело. Я попыталась сесть, но мне удалось лишь приподнять голову на несколько дюймов, прежде чем рухнуть обратно. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что я не могу пошевелиться, затем паника захлестнула меня, когда все стало в фокусе. Я уставилась на знакомый потолок, отметив открытое окно слева от меня, впускающее легкий ветерок, пахнущий сосной и озерной водой. Я вернулась не в поместье моей семьи. Здесь не было ни мамы, ни Райана. Я была в безопасности.
Я была в своей комнате в доме стаи — гостевой комнате прямо по другую сторону стены от той, где жил Август. Мое сердце бешено колотилось, но начало успокаиваться, как только поняла, что Райан не сможет дотянуться до меня здесь, если не захочет сохранить все свои конечности. Но почему, черт возьми, я не могла пошевелиться?
Склонив голову набок, я осознала, что обе мои руки широко раскинуты. Вокруг моего запястья был яркий фиолетовый свет, похожий на полосу искр, которая образовывала толстую манжету. Я попыталась пошевелить рукой, но наручник удерживал меня на месте.
Кто-то держал меня здесь, как пленницу, в моей комнате, на этой кровати, в доме, который не был моим. Посмотрев вниз, насколько могла выгнуть шею, я поняла, что на моих ногах тоже были наручники. Удивительно, но магия не причиняла боль. На самом деле это не было похоже ни на что, кроме сопротивления, которое удерживало меня на месте, словно невидимая сила, парящая прямо над моей кожей.
Мне не нравилось быть пойманной в ловушку, поэтому я начала паниковать. Несмотря на бледный свет в спальне, гуляющий по ней ветерок и знакомые ароматы вокруг меня, я начала дрожать. Отбиваясь от магии, используя всю вампирскую силу, на которую была способна, я попыталась вырваться, но это не сработало.
Знакомая темнота наползала на мое зрение, как туман. Ловушка.… Я была в ловушке, и выхода не было. Я раскачивалась на кровати, используя магию, но это только усиливало волны боли, пронзающие мои руки и ноги. Прошло совсем немного времени, прежде чем крик, который я сдерживала, вырвался наружу.
— Выпустите меня! — Я закричала так громко, как только могла. Мой голос сорвался и застрял в горле, но я продолжала кричать. — Меррик!
Я понятия не имела, почему именно его имя пришло мне на ум, но я звала его снова и снова, пока дверь спальни не распахнулась, ударившись о стену с такой силой, что комната содрогнулась. Я напряглась в оковах, когда в комнату ворвались две высокие фигуры.
— Держите ее! — крикнул один из них, и мне потребовалась секунда, слишком долгая, чтобы понять, что я узнала его голос. Фауст склонился надо мной, обхватив мои щеки ладонями, и заставил меня посмотреть на него. Одновременно я почувствовала, как кто-то схватил меня за лодыжки. — Сиренити, посмотри на меня, — приказал Фауст. Его пальцы впились в линию моих волос, пока я боролась с ним.
Руки разгладили мои ноги, все еще сильно надавливая, но вслед за ними я почувствовала легкое покалывание, которое быстро начало распространяться вверх по моим бедрам и остановилось на торсе. Ощущение стало теплым, и я почувствовала, как мое сердце начало замедляться, адреналин начал медленно покидать меня.
— Посмотри на меня, — повторил он, на этот раз мягче.
Я так и сделала. Тяжело дыша, я прекратила метаться и уставилась в темно-карие глаза, обрамленные темно-коричневыми ресницами. Челюсть Фауста была плотно сжата, но я не упустила очевидного беспокойства в его взгляде, когда он удерживал меня неподвижно.
— Тебе нужно дышать, — сказал он. — Успокойся, пока снова не потеряла контроль. Ты должна попытаться ради меня, поняла?
— Я… — грубо выдавила я. — Фауст? Что происходит?
Он повернулся и кивнул тому, кто держал меня за ноги и посылал это покалывающее тепло вверх по моим бедрам, прежде чем снова встретиться со мной взглядом.
— Ты была без сознания несколько дней, но ты в безопасности. Мы в доме стаи, в твоей спальне. Мне нужно, чтобы ты успокоилась и отдышалась. Ты можешь попытаться дышать со мной? — Он не был похож на того Фауста, которого я знала. Все было не так.
Мне хотелось кричать. Я хотела сбросить его с себя и метаться, пока не освобожусь от магии, которая удерживала меня на месте, но я знала, что это бесполезно. Я едва могла контролировать свои эмоции прямо сейчас, не говоря уже о своем теле. Но это был
Я поймала себя на том, что киваю, насколько могу, поскольку его руки все еще держали мое лицо. Я даже не могла посмотреть, кто был с ним. Мне нужно было успокоиться и дышать так, как он мне сказал. Фауст не причинил бы мне вреда. Никто из парней не причинил бы мне вреда.
