Но если весь рост эфирных техник вылился в расширение радиуса сканирования и точности определения направления, то разум дал качественный скачок, и шкльные учебники, с олимпиадными задачами, стали скучными сборниками примитивных заданий. Но преподаватель математики вовремя подсунула книгу по топологии, а физик поделился работой по струнной теории. Узнав об этом, преподаватель литературы, тоже не осталась в стороне принеся монографию, посвящённую этике в русской литературе девятнадцатого века, что заняло Никиту куда интенсивнее чем физика с математикой вместе взятые. Сложные проблемы морали, взаимоотношения с государством и людьми, захватили его, заставляя мозг работать.
Заодно он уточнил для чего вообще человечество придумало все эти половые страсти, обозвав любовью. Страдания разных литературных персонажей доставляли неимоверно, заставляя Никиту смеяться, а порой просто хвататься за голову, понимая, что гормональный шторм полностью лишает людей рассудка оставляя только половые инстинкты.
И это стало бы небольшой проблемой, если бы не отчётливые признаки любовной лихорадки у его одноклассников. Не все, но многие, расходились из школы парочками, держась за руки, а некоторые даже целовались по углам, во время школьных танцев, устраиваемых на большие праздники. Конечно до практической реализации дело доходило весьма редко, но всё остальное, присутствовало. Записочки на уроке, совместные походы в кино, и так далее. И в этом лёгком безумии, Никита оставался спокоен словно скала в бушующем море, не отвечая на записки, отклоняя все предложения о встрече и игнорируя все намёки в виде провокационных поз и «случайных» обнажений.
Конечно гормональные изменения в теле присутствовали, но благодаря нейроассистенту, они не давили на мозги, и не вызывали помрачнения сознания при виде девичьих прелестей.
[1] ОКОД (Оперативный Комсомольский Отряд Дружинников) — оперативный комсомольский отряд, созданный при каком-либо ВУЗе или райкоме ВЛКСМ в СССР для охраны общественного порядка в помощь милицейским патрулям.
Нежелание Никиты вести задушевные разговоры и олимпийское спокойствие перед весёлыми и раскованными девушками, весьма огорчало сотрудников КГБ, ведущих «мягкую» разработку такого странного подростка. Стопроцентные «медовые ловушки» внедрённые в группу Вари, настоящие красотки, обученные психологами и снаряжённые запаховыми афродизиаками, посещавшие разные праздники, куда звали Никиту, теряли уверенность в себе и порой уходили в запой и истерики, пытаясь проломить защиту парня, но для него это всё походило на игру. Суета какая-то девчонки снуют, пытаются вести умные разговоры, демонстрируют локоны, запястья и шевелят грудью, словно поймав какой-то мозговой вирус.
Москвичи вообще отличались лёгким презрением ко всем окружающим, поэтому желающие так или иначе прогнуть парня в свою сторону, до определённого момента, не переводились. Ну и в самом деле, откуда у четырнадцатилетнего подростка сколь-нибудь критическое восприятие действительности?
Но вдруг Никита перестал оставаться безучастным, и порой, просители выхватывали не очень сильный, но весьма болезненный удар, когда поведение их выходило за рамки приличия. Так одному деятелю, он сломал руку, когда тот схватил Никиту за пиджак, а другому, разбил нос, потому что тот преградил дорогу, и не желал отойти в сторону. И вот это наконец прервало поток махинаторов и комбинаторов, потому что никто не желал ходить с разбитой рожей, особенно когда это сделал по сути ребёнок.
Постепенно московское общество смирилось с тем, что Никита игнорирует все хитрогнутые расклады, как бы отложив все интриги на будущее, когда мальчонка войдёт в зрелый возраст.
