– Я? Даже не знаю… В детстве я хотела спасать жизни. Быть может, где-то там, в другой реальности, я могла бы быть хорошим хирургом, – с некой иронией откликнулась Лена и провела по густым выразительным бровям кончиками пальцев. Парень смешливо фыркнул и пододвинулся поближе так, чтобы девушка смогла нависнуть над ним и в любимом занятии рисовать невидимые узоры на его коже.
– Всегда замечал, что ты неравнодушна к моим бровям, – как бы между делом заметил он, сверкая веселыми искорками в глазах.
– Вечности не хватит, чтобы вдоволь налюбоваться тобой, – беззаботно ответила Лена, скользя ладонью под рубашку и невесомо поглаживая в меру прокачанный пресс.
– Еще больше нужно, чтобы перестать трепетать от твоей безграничной любви ко мне, – внезапно подминая девушку под себя, прошептал Тони почти в самые мягкие губы и все же коснулся их в будоражащем сознание поцелуе.
Замерев лишь на миг от неожиданности, Лена ответила ему со всем своим рвением и невозможной нежностью, зарываясь пальцами в волосы и притягивая как можно ближе к себе. Чувств было слишком много, чтобы они могли пытаться хотя бы немного их описать. Они предпочли рассказывать их друг другу поцелуями, касаниями, игривыми укусами и крепкими объятиями. Тонуть в мягком свете глаз напротив, делить воздух на двоих и растворяться в ласковых прикосновениях, дарящих ничем не разбавленное откровенное удовольствие.
– Время почти пришло, – через некоторое время прошептала Лена, вглядываясь в ночное небо и указывая рукой в сторону появившейся точки, что сияла намного ярче остальных, стремясь в их сторону и неся с собой конец всего, что сейчас было.
Тони глубоко вздохнул, кивая через десяток секунд и притягивая девушку ближе к себе так, чтобы она положила голову к нему на грудь. Сейчас его сердце билось чаще, но Лена все равно почувствовала себя спокойнее и неторопливым движением расстегнула небольшие пуговицы, чтобы чувствовать щекой бархат и жар его кожи. Парень усмехнулся едва заметно и аккуратно убрал за ушко несколько непослушных прядок волос, выбившихся из укладки любимой. Было прохладно, но возражать не хотелось, так как он понимал, что сейчас им просто необходимо продолжить чувствовать друг друга всем своим существом.
– Я люблю тебя, – выводя невесомые узоры на обнаженном животе, прошептала девушка и оставила теплый поцелуй над сердцем. – И так будет всегда.
– Моя любовь приведет к тебе в любой жизни и в любом мире, где бы мы ни встретились, – касаясь губами макушки, откликнулся парень и, смотря на то, как комета сверкает своим хвостом уже так близко, добавил: – Только ничего не бойся.
Энтони притягивает любимую как можно ближе к себе, укрывая от неправильно яркого света небесного тела, и шепчет самые дорогие слова на родном языке, зажмуривая глаза, чтобы не было страшно. Они вместе. И больше ничего не нужно. Страх уходит вместе со всеми звуками и светом фонарей. Пламя кометы ослепляет, а мир содрогается вместе с миллиардами сердец, деревья горят, как сгорают
