Холодный дождь стучал по крышам домов, быстрым ритмом играя свою никем не повторимую симфонию. Люди спешным шагом торопились домой, кутаясь в дождевики или крепко сжимая ручки самых разнообразных зонтов, бликующих в свете часто встречающихся фонарей. Поэтому парень, одетый лишь в одну тоненькую промокшую насквозь толстовку, неспешно идущий по небольшой аллее, привлекал внимание прохожих, но то внимание было мимолетно, ведь всех гнала мысль поскорей добраться до теплого сухого дома, где уже ждет семья и вкусный ужин, где ссорятся и мирятся домочадцы, где есть что-то большее, чем просто чувство покоя или умиротворения. Временами люди задевали его плечами или вещами, но тот даже не поднимал низко опущенной головы, продолжая свои бесцельные скитания. Холодно. Ему было очень холодно. Но холод физический не мог сравниться со льдом, поглотившим всю его душу. Боль, казалось, сковывала все его существо и с каждой минутой становилась все более невыносимой. Судорожно обнимая себя за плечи, он, как в тумане, наблюдал за своими шаркающими по сырому асфальту ногами и не думал ни о чем. Одежда неприятно липла к телу, которое словно горело в контрасте температур, а вода давно размыла пятна крови, проступившие на ткани.
– Что с вами? – обеспокоенный голос прозвучал словно из-под толщи воды, и дождевые капли, попавшие в уши, были здесь ни при чем.
Он не нашел в себе силы для ответа и отвернул потяжелевшую голову, закрывая глаза. Темнота обволокла его сознание полностью, и последнее, что он почувствовал – это предательски подкосившиеся ноги и чьи-то руки на своих плечах.
Когда он открыл глаза в следующий раз, дождя больше не было. Был яркий свет и аромат корицы. Пелена, застилавшая глаза, не позволяла понять, где он находится, но парень чувствовал те же руки, избавляющие его от прилипшей мокрой одежды, и слышал какие-то слова, но смысл их не доходил до сознания, хотя шатен не мог окончательно определиться с тем, явь это или нет.
– Вам нужно в больницу, – первое, что смог различить парень в потоке слов. Он отчаянно замотал головой, пытаясь что-то сказать, но из саднящего горла вырывались только хрипы, поэтому шатен бросил бессмысленные попытки, зажмуривая глаза. Но стало только хуже, и он почувствовал, как снова закладывает уши в преддверии обморока…
Если сказать, что она была зла, то не сказать ничего. День не задался с самого его начала, а закончился с задержкой на практики на пару часов, ссорой с преподавателем и возвращением домой под ужасным ливнем, от которого даже зонтик мало чем помогал. Так что да, Арина была очень зла, огибая разлившиеся, словно небольшие моря, лужи, бормоча что-то себе под нос и думая о вкусных булочках, которые ждали ее дома. Всегда внимательный взгляд привлек странный силуэт, плетущийся впереди. Без зонта, промокший до нитки, но словно не замечающий этого. Девушка уже почти подходила к дому и хотела просто пройти мимо, сетуя на испорченное алкоголем поколение, но парень вдруг резко покачнулся, облокачиваясь о стену, и она заметила, как отчаянно он сжимал плечи содранными руками, подрагивая всем телом.
– Вы в порядке? – ведомая резко пробудившимся беспокойством, осторожно спросила Арина, подходя ближе и совершенно не ощущая запаха алкоголя. Но незнакомец ничего не ответил, как-то заторможенно отворачивая голову и прикрывая глаза. Девушка уже хотела идти домой, задетая таким безразличием к окружающим, как вдруг парень еле слышно застонал и начал сползать по стене, похоже, теряя сознание.
Арина оказалась рядом за один миг, чуть неловко подхватывая того за плечи и помогая на себя опереться. Для своего телосложения он показался ей слишком легким. Словно в тумане, она помогла дойти ему несколько метров до двери своего дома и затащила внутрь. В тот момент ей было наплевать и на грязь, и на капли дождя, капающие на белый паркет, и на то, что, по сути, она привела незнакомого человека в дом. Парень крупно дрожал под ее руками, но, похоже, еще был в какой-то степени сознания, так как заторможенно, но помогал ей вести себя до гостиной, где был усажен на диван. Слегка потерянно девушка осмотрела бледное лицо незнакомца и трясущиеся плечи и решительно начала стягивать с него промокшую одежду вместе с обувью, замирая на несколько мгновений при виде странных борозд на шее и покраснения как будто от платка, но решила спросить об этом, когда тот придет в себя.
Кровь на руках испугала ее до дрожи, и Арина присела на колени перед парнем, осматривая несколько воспаленных царапин на торсе и алеющих свежих больших синяков на ребрах.
– Хоть бы не переломы, – шепнула она сама себе и взяла шатена за плечи, чтобы привлечь внимание, хотя ей показалось, что все это тщетно.
