Он рассказал о том, что его семья имеет достаточное влияние в обществе, и в его фамилии есть формальная ценность. Он отметил, что они не сторонятся людей, но предпочитают не сильно распространяться о своих регалиях и титулах, так как обычно это меняет поведение рядом с ними. Также он рассказал о том, что сквозь века они хранят несколько тайн и реликвий, за которыми бегает огромное количество коллекционеров и музеев, но их попытки договориться всегда будут тщетны, так как их семья дала клятву охранять те вещи от лживой благодетели для личного обогащения. Парень затронул и тему работы, пояснив, что у них есть прибыльное семейное дело, которое когда-то он должен был продолжить, но, выучившись на факультете международного бизнеса в одном из московских университетов, понял, что только этим он заниматься не хочет, и договорился с отцом, что, пока есть возможность, он будет лишь его помощником, и то больше на расстоянии, и, решив все вопросы, устроился в первое попавшееся издательство, так как его всегда тянуло в творческую сферу жизни. Также Тони упомянул, что его мама работает психологом, а брат был успешным хирургом, очереди к которому выстраивались за многие месяцы.
– Не верится, что ты выбрал редактуру, когда перед тобой открыты все дороги, – смущенно пробормотала Лена, хотя все еще выглядела удивленной открывшимся фактам.
– Поэтому и выбрал, потому что мог выбирать, так как не нужно было гнаться за высокой зарплатой и хорошей жизнью.
– Ты и намеком не показывал свое происхождение.
– Никогда не хотел иметь фальшивых друзей, как это было большую часть детства. Ты знаешь меня настоящего, что бы ни было дальше, то будут лишь маски.
– А что может быть дальше? – Девушка растерянно изогнула брови. – Звучит как-то тревожно.
Тони грустно улыбнулся, отводя взгляд, и прошептал что-то, но из-за гула самолета девушка почти ничего не расслышала, но и переспрашивать не стала, видя, что парень до сих пор чувствует себя не так хорошо, как хочет показать. Задумавшись об этом, Лена ласково перебирала мягкие прядки волос и закутала того лучше в принесенный им плед.
Уже поздно вечером они въехали в небольшой дворик около красивого двухэтажного особняка, отделанного дагестанским камнем, где их ждали родители Энтони. Тот нервно стучал пальцами по подлокотнику сиденья, пока машина парковалась, и Лена ненавязчиво накрыла его ладонь своей, встречаясь с растерянным взглядом.
– Поступай, как велит душа, – шепнула она, и машина остановилась.
Парень слабо улыбнулся, и они покинули машину. Лену охватило внезапное волнение, но она видела, с каким трепетом родители заключили сына в объятия и прошептали что-то о значимости его приезда и великой потере для их семьи. Через некоторое время они отпустили друг друга, и отец повернулся к остановившейся около них девушке.
– Печальный повод для нашего знакомства, но мы рады этой встрече, – его была речь нетороплива, а во взгляде читалась добрая грусть.
– Мне тоже очень приятно познакомиться, – мягко ответила девушка и посмотрела на маму Тони, руку которого та до сих пор не могла выпустить из своих. – Примите мои искренние соболезнования.
Мария Марковна приподняла уголки губ в намеке на улыбку и предложила пройти в дом.
Начать разговор оказалось не так страшно, и еще некоторое время они говорили о разных вещах, не боясь задавать вопросы, чтобы лучше узнать друг о друге, и сами не заметили, как стрелки часов перешли отметку полночь.
– Молитвы начнутся с восьми. Лучше пойти спать. Не хотелось бы чувствовать себя еще более разбито, – негромко заметила Мария Марковна, украдкой стерев одинокую слезу темным платком.
– Да, засиделись мы, – аккуратно взяв руку женщины в свою, согласился ее муж.
Тони и Лена кротко кивнули, поднимаясь на ноги почти одновременно.
– Доброй ночи, – девушка учтиво улыбнулась и получила короткие улыбки в ответ.
Тони напоследок обнял маму, что-то ей прошептав, отчего та шумно поцеловала его в щеку и пригладила волосы.
– Твои родители точно не против того, что мы делим спальню на двоих? – осторожно спросила девушка уже в комнате, наблюдая, как шатен запирает дверь и небрежно откидывает кофту вглубь шкафа, ведомый безумной усталостью.
– Нет, не против. Они у меня понимающие люди, – невозмутимо откликнулся он и сел на постели, поднимая усталый взгляд на замершую в нескольких шагах девушку. – Лен, давай спать.
Та согласно покачала головой и, щелкнув выключателем, забралась на кровать, мгновенно попадая в надежный плен теплых рук. Умиротворенно что-то прошептав, она оставила легкие поцелуи на лбу и щеке парня и накрыла их обоих одеялом, закрывая глаза и тихонько шепча пожелания спокойной ночи.
Утро встретило ее настойчивыми солнечными лучами, падающими на глаза, и пустой половиной кровати. Девушка нахмурилась и села, коротко потягиваясь.
Но Тони оказался у зеркала в нескольких шагах от нее, придирчиво осматривающий идеально выглаженную черную рубашку пока что без запонок.
– Мирного утра, – негромко поприветствовала его Лена, кладя ладони на плечи и встречаясь с потухшим взглядом в отражении.
