– Очень просто. Он сегодня ночью улетел отдыхать вместе с женой. Зачем он вам?
Матвей просто онемел от отчаянья. Улетел. На две недели. Сегодня ночью. Значит, вчера днем он был дома. И если бы эта пигалица не водила его за нос так долго, Матвей мог бы с ним встретиться. Убить ее мало! Как теперь быть? Придется выкручиваться без дяди Егора. Нельзя же в этой вероятности жить беспризорником целых две недели!
– А он ездил вчера на рыбалку? – перехватил инициативу Веня, видя, что Матвей в ступоре.
– На рыбалку? – удивилась няня. – Нет, Георгий Иванович охотник. На зайцев, на лис охотится. А рыбу он и не ловил никогда.
– Как это никогда? Постойте, а у него есть синий «УАЗ Патриот» с номером О-008-ОО?
– Да есть какой-то синий джип. Он на нем на охоту ездит. И номер вроде такой.
– Но прошлой ночью он был на нем на рыбалке!
– Прошлой ночью он был дома.
Матвей и Веня переглянулись.
– Ерунда какая-то, – пробормотал Матвей. – Дядя Егор был на рыбалке с понедельника на вторник, я точно знаю.
– Может быть… – неуверенно начал Веня, но няня перебила его:
– Дядя Егор? Так кто вам нужен, ребята, Егор или Георгий Иванович? Вы уж определитесь и не морочьте мне голову.
– А это два разных человека?
– Естественно! Георгий Иванович – хозяин этого дома, отец Леи. А Егор – его водитель. Вы что, не знаете, кого ищете?
– А ваш водитель, он такой бородатый и невысокий?
– Ну да.
– А дочь у него есть?
– Есть, Кристина, я ее знаю, – звонко заявила Лея с крыльца. Она так и не ушла в дом, стояла возле входной двери, жадно прислушиваясь к разговору.
– Вы можете его позвать? – взмолился Матвей. – На одну минуту.
– Не могу, – сказала няня. – У него тоже отпуск. Если хозяина нет, что ему здесь делать? В магазин мы с Леей и на такси съездим.
– Он вам ничего не рассказывал про свою рыбалку? Может быть, с ним что-то необычное произошло на берегу? Он описывал какое-нибудь происшествие? – спросил Веня. – Вспомните, пожалуйста, это очень важно.
– Я его вчера вообще не видела, – пожала плечами няня и повернулась к забору спиной, давая понять, что разговор окончен.
– Но, может, у вас есть его телефон?
– Нет у меня ничего. Вот Георгий Иванович приедет, с ним и разбирайтесь, – бросила няня через плечо и поспешила к дому, зябко передергивая плечами.
Матвей плюнул с досады и прислонился спиной к решетке.
– Ну что за ерунда? Почему так не везет? Ватрушкин, как ты вообще живешь с такой невезучестью? Рехнуться же можно, когда постоянно ничего не получается.
Веня не ответил. Он смотрел мимо него, вслед убежавшей в дом Лее.
– Мало того что время потеряли, так ты еще и янтаря своего лишился. Взял и подарил. И кому? Этой дурынде. Неужели не жалко?
– Жалко.
– А зачем отдал?
Веня оторвал наконец взгляд от коттеджа и, посмотрев на Матвея, серьезно сказал:
– Ты же видел, какая она… Как щетинистый еж, иголками стреляет. Все вокруг враги. Жалко ее. Ну, и еще я надеялся что-нибудь выяснить…
– Выяснил? Идем отсюда.
Они медленно пошли вдоль забора.
– Эй, вы! – раздалось за их спинами. Лея с непокрытой головой, в расстегнутом пальтишке бежала к калитке. Правый кулачок был по-прежнему крепко сжат.
– Дядя Егор был на рыбалке, – торопливо проговорила она, оглядываясь на крыльцо дома. – И необычное тоже было. Он встретил мальчика, который заблудился в лесу. А утром отвез его в город.
Лея развернулась и резво понеслась назад, к выглядывающей из двери сердитой няне.
– Выходит, рыбак был в этой вероятности, – задумчиво проговорил Матвей. – Но что это нам дает?
– Что дает? – не расслышал Веня. Они стояли на перекрестке возле светофора, и шум проезжающего потока машин заглушал слова.
– Да ничего не дает! – крикнул Матвей. – Все только усложнилось. Мы теперь точно не найдем границу перехода.
– Почему не найдем? Нужно пройти тем же самым маршрутом.
– Нереально. Я не помню, где шел.
– Это ты сейчас так думаешь. А когда окажешься в тех же местах, обязательно вспомнишь.
– Если бы я бегал по городу, я, может, и вспомнил бы. А лес – он и есть лес, все деревья одинаковые. Да еще в темноте. Слушай, Ватрушкин, что-то мы долго стоим. Когда уже зеленый загорится?
– Да скоро, наверное… Погоди, давай прикинем. Гопники гнались за тобой от твоего подъезда, так?
– Ну так.
– И пока не отстали, ты находился в своей вероятности, так?
– Да что ты заладил: так, так! – рассердился Матвей. – Понятно же, я перепрыгнул в тот момент, когда был один. То есть после гопников, но до рыбака. А где – понятия не имею.
– Я просто выстраиваю логическую цепочку, – пояснил Веня.
– Тут и без твоих цепочек все ясно, – проворчал Матвей. – Полная засада. Нет, ты глянь! Уже десять минут красный горит.
На перекрестке началась неразбериха. Одни машины, так и не дождавшись зеленого сигнала, стали понемногу продвигаться вперед на красный и метр за метром отвоевывали проблемный участок дороги. Другие, те, что ехали на свой зеленый, резко тормозили, возмущенно сигналили и снова трогались с места. Перекресток наполнился удушливыми клубами выхлопных газов и пронзительным воем автомобильных гудков.
– Ватрушкин! Это же ты сломал светофор! – прокричал Матвей Вене в ухо.
