Дети, конечно, часто не понимают правил, отчего нарушают чужие границы. Вопрос воспитания, которое зачастую дремлет глубоко внутри, постепенно просыпаясь с годами. Дядя Лёша иногда подмечал, что порой не узнаёт своего сына. Как, например, сейчас: янтарные глаза, в точности как у отца, уставились на бензопилу, на железную цепь. Он не слушает, он упрямо смотрит на цепь.
Оранжевый закат тускнел с каждым мгновением, оставалось всего-ничего до самого прекрасного момента в вечере, когда зарево доходило до своего пика. Небосклон в такие моменты вспыхивает красным совсем ненадолго, а затем на всё живое укладывается золотая вуаль от солнца, вот-вот собирающегося на покой. Последние трели птиц, которые должны смениться ласковыми мелодиями сверчков; и даже проснувшиеся назойливые комары не способны испортить ощущение магии в тот момент, когда землю застилает тёмное, непроглядное полотно не менее волшебной ночи.
Алек подошёл к столу, дядя Миша как раз раскладывал всем варёный картофель, не скупясь посыпать его зеленью и поджаркой. На подходе уже был свиной шашлык, аппетитно потрескивающий на углях, но Алек только облизнулся, глядя на него, и принялся накладывать себе овощной салат.
— Вкусно? — с гордостью в голосе спросил Михаил.
— А то, пап! Очень-очень вкусно! — воскликнул Егор, набивая рот всем, что было на тарелке. Жирный слой кетчупа уже украшал не только еду, но и его губы.
За столом впервые за время отдыха собрались все вместе; каждый в руках держал свою тарелку, с удовольствием уплетая пока ещё лёгкий ужин. Все так проголодались, что даже не удосужились убрать со стола остатки мусора и протереть липкие пятна от чашек и стаканчиков. Да и это не было так важно, чистота никогда не являлась важнейшим фактором в отдыхе, а беспорядок вокруг напоминал о том, что здесь, на природе, самое время отдохнуть от общепринятых норм.
Взрослые, уже успев поставить алкоголь на стол, делились своими мыслями друг с другом, Богдан и Егор периодически подключались к ним, как ни странно к месту вставляя свои пять копеек. Алек тихо ел, слушая их всех вполуха — его мысли заполнили ожидания встречи с Игорем. Шашлык он решил оставить на позднюю ночь, планы на ближайшие несколько часов были значительно вкуснее жаренного мяса.
Стоило ему отставить пустую тарелку и подняться, как под локоть его ухватил дядя Миша, на долю секунду опередив отца, серьёзно проговорив:
— Выбрались все вместе, а ты покидаешь нас? Непорядок, Алек!
— Я просто прогуляться, скоро буду! — поспешил оправдаться он, невольно дёрнувшись.
— Да шучу я, отдыхай! — расхохотался Михаил, заметив раскрасневшееся от негодования лицо парня. — Ждём на шашлык!
Из вежливости усмехнувшись, Алек поспешил в палатку, чтобы побыстрее утеплиться перед ночной прогулкой. Уже там, где его никто не видел и не слышал, он расслабленно выдохнул и мысленно поблагодарил то чудо, из-за которого его не засыпали градом лишних вопросов.
Он еле слышно выругался, увидев, что на футболке красуется пятно от кетчупа; Игорь наверняка уже заждался его, и Алек не стал тратить время на поиски чистой одежды — на голое тело надел чёрную олимпийку, застегнув молнию по самый воротник.
Ловко улизнув от лишних взглядов в заросли, он направился к назначенному месту. Небо потемнело настолько, что с большим трудом можно было уловить остатки фиолетовых оттенков на нём. Звёзды проявлялись так быстро, что Алек будто заново для себя подметил, что здесь их куда больше, чем в городе. Завернув за поворот и подойдя к дереву, он отряхнул свою обувь от лишнего песка, которого успел нахвататься за свою недолгую прогулку, и, прислонившись плечом к стволу, убедился, что вокруг нет никого.
Быстро приближающиеся шаги заставили его встрепенуться, но не потому, что он испугался. Радостно стало не только оттого, что Игорь пришёл, но и что он так безошибочно узнал его по одним только шагам.
— Как же я рад тебя видеть! — он сиял даже в тени вечера, широко улыбаясь и показывая своё хорошее настроение. — Не долго ждал?
— Да я только пришёл, у нас ужин немного затянулся. Идём?
— А куда? — Игорь только сейчас понял, что даже не подумал о том, где можно провести время.
— Ну… эта поездка, конечно, уже успела стать отдушиной, но я всё равно хочу уйти подальше, куда-нибудь в глубь леса. Настроение побыть в полной тишине и в самом тёмном месте, — Алек, задумавшись, опустил глаза в землю. Молчание несколько затянулось, и он, подняв взгляд, улыбнулся: — Но я с большим удовольствием пущу тебя в своё одиночество.
— Тогда идём, — сразу же отозвался Игорь.
Уже через пять минут стало настолько темно, что появился риск потерять тропу, с которой они сошли. Под ногами хрустели иголки и шишки, периодически Алек озвучивал мысли, приходящие в его голову; Игорь же, украдкой его разглядывая, старался отвечать на его вопросы развёрнуто, но иногда выходило до обидного коротко.
— И давно ты такой? — сунув руки в карманы, спросил он.
— Какой? — оживившись, отозвался Алек.
— Грустный тощий мальчик, который редко улыбается и часто опускает голову. Давно?