– Если я могу зажечь разом все полторы сотни свечек на торте мистера Крауна, это ещё не значит, что я могу так быстро перестроиться в ходячий холодильник! Я же первый раз в жизни такое делаю!
– Да, честно сказать, я удивлен, что у него это вышло вовсе! – Поддержал его Джип, улыбаясь и хлопая того по спине.
Виктор, приподнял одну бровь: – Я сейчас не понял, это был комплимент или же наоборот?
– Да я вот что-то тоже. – Обиженно проговаривал Жан, растирая в руке почти оттаявший листик. – Но да не суть. Вы только представьте: идет обвал, а нигде нету ни Джипа, ни другого создателя… и тут я возвожу огромную стену изо льда и спасаю всех…
– Звучит конечно идеалистично, вот только где ты столько воды возьмешь? Или представь какая должна быть влажность воздуха для такого чуда…
– Вот ты гад, братец! Не даешь мне даже помечтать!
– Мечтать вредно. – Подытожил Жок и направился назад к дереву.
– У тебя либо опять резкие перепады настроения?
Вдруг Джип вспомнил, зачем они на самом деле сюда пришли, и чем должны были заниматься в отведенные сутки до начала командного соревнования: – Ребята, ребята, вообще-то мы здесь для обсуждения первоочередной задачи, так что, Жан, соберись! Если все пройдет как надо, то у тебя будет ещё вся жизнь впереди, чтобы развивать свои недюжинные таланты. Жок, хватит спать! Ночь ещё будет. Завтра начало… и возможно начало конца.
– Вот не надо тут только «пессимиство» разводить…
– Думаешь мы не победим оболтусов из этой лунной чепухи? – Встали близнецы на свою защиту.
– Я ничего не думаю, но этот Фрост по-настоящему хорош. Таких навыков я ещё не видел…
– Да ладно! У нас есть боевой чтец! А у них? Зеленоглазый лунатик?
– Да, кстати, теперь понятно почему она захотела именно такое название… – как обычно поддерживал брата Жок, неподалёку топчась на месте.
– Я ни в коем случае не хотел нагнетать обстановку, ребят. – Продолжал Джип, покачивая головой. – Я согласен во всем, что вы сказали. Да, мы, скорее всего, сильнее. Да, у нас есть Виктор. И, да, наша команда была собрана фактически задолго до того, как все они, возможно, первый раз друг друга в глаза увидели, но не стоит забывать о главном! Для нас четверых это – не просто соревнование… здесь будет решена наша судьба! И как бы небыли велики наши шансы на успех и победу в турнире, есть вероятность проигрыша… Какой бы малой она не являлась, но она есть! Ведь мы не знаем, как что может обернуться, и всего не предугадаем. Поэтому и собрались здесь, дабы обсудить и придумать выход практически из любой ситуации, которая может возникнуть по ходу проведения соревнования. Нужно снизить шанс проигрыша к абсолютному минимуму, ибо он может означить то, что мы лишимся всего, что имеем… всех, кого мы любим, всех друзей! Смысла жизни наконец! Этого не должно произойти ни в коем случае! Так что сосредоточьтесь. Нам предстоит много чего предвидеть…
***
О это чувство ответственности, когда следующее твоё действие или несколько из них могут повлечь за собой последствия и изменят всю твою жизнь, падает на плечи с тяжестью огромной бетонной плиты, и лежит там до тех пор, пока у мученика не хватит сил сбросить эту невыносимую ношу. Именно с таким чувством Виктор и братья открыли глаза, проснувшись поутру прямиком на их укромной поляне. Не представляя сколько времени, они очень быстро подскочили и понеслись назад к зданию административного холла, совершенно позабыв про своё чувство волнения, ведь могли вовсе проспать начало открытия групповых соревнований. Но не тут-то было. Ребята, отнюдь, прибежали так быстро, что оказались одними из первых кто пришел к сцене. Успокоившись и расслабившись, они сели прямо на ней. Джип и близнецы пытались отдышаться, в то время как Звонарь присел на порожках, ведущих на сцену и, уставившись в пол, снова принялся прокручивать в голове все возможные варианты исхода событий и все тактики, что вчера они тщательно разбирали до тех пор, пока просто не отключились. Время шло очень медленно, особенно из-за того, что ни у кого не было часов, а спросить никто так и не додумался. Народ постепенно прибывал и прибывал, усаживаясь за трибуны, а подошедший Леонард согнал братьев, которые до сих пор сидели прямиком на сцене.
– Мистер Краун, мистер Краун, – тихо спросил подошедший к нему Жан, – а вы не знаете, как, ну, или хотя бы где будет проходить групповой турнир?
