— Ну что я могу сказать… — добавил он, — кто-то отрезал голову гомункулу… а потом при помощи электродов, и, возможно, магии, пытался ее немного оживить и исследовать происходящие в мозгах гомункулов процессы для получения контроля над этими существами.
— Контроля?
— Да, именно его. Такими методами можно изменить психику гомункула, сделать его другим — например, злым, жестоким, заставить на кого-нибудь-напасть. С душой гомункула, как человека, можно сотворить всё что угодно. Она — пластилин в руках специалиста.
— Гомункула убили ради его головы?
— Нет, не думаю… Скорее всего, её «позаимствовали» у мёртвого… Зачем убивать, они и так живут недолго, подождать неделю на любом предприятии, использующем гомункулов — и тело есть… Но делать это надо быстро. Какие бы растворы для сохранностей мозговых тканей ни ввели, какую бы магию ни использовали, работать с головой можно не больше недели. Но за это время можно успеть многое.
— Митя смог бы, получи он голову?
— Конечно! Надеюсь, он всё-таки останется без головы. Она ему не нужна точно!
— Я тоже так думаю. А теперь посмотрите видео.
И я снова протянул Палычу телефон.
Он взял его, нажал на воспроизведение, но тут же выронил на стол. К счастью, телефон не разбился. Палыч его снова поднял и с оцепеневшим от напряжения лицом всё-таки досмотрел «кино» до конца.
— Откуда это, вы, конечно, мне тоже не скажете, — глухо произнес он.
— Увы, не могу. Может быть, потом. Сейчас — нет. Я не имел права показывать видео и вам. Оно из секретных полицейских материалов.
— Это так называемая псевдопротоплазма. Клеточные структуры, обработанные соответствующим образом и получившие подобие жизни. Это — основа, строительный материал для всех создаваемых нами существ. Но откуда она здесь? Во всей лаборатории нет ничего более охраняемого!
— Она опасна?
— Ну… если её много, и вы встанете рядом, то она, разумеется, сожрёт вас, как любое простейшее существо, живущее примитивными инстинктами…
— То есть, она ест?
— Да, конечно. Пожирает еду и становится больше.
— Ну а всё-таки, в лаборатории её кусочек могли отщипнуть и отнести домой или куда-то?
— Теоретически — да… Конечно, мы стараемся все контролировать, но…
— Митя мог?
Палыч красноречиво развел руками, как бы говоря «разумеется».
И тут дверь в кабинет распахнулась. Внутрь ворвалось нечто ростом с пятилетнего ребенка, но с огромной зубастой пастью и красными горящими глазами. Одето оно было в длинный серый балахон. Не обратив никакого внимания на меня, существо бросилось к Валентину Палычу.
Я выхватил револьвер.
— Не стреляй! — замахал руками Палыч. — Это Игоша!
Не очень понятно, кто такой Игоша и почему он свободно бегает по кабинетам, но оружие я опустил.
Игоша подбежал к Палычу, и тот погладил чудовище ладонью по голове. Монстр тихонько заурчал.
— Игоша хороший, — сказал учёный. — Не надо его бояться.
— Кто это, чёрт побери? — спросил я. — И почему его так назвали?
— Одно из наших новейших изобретений, — гордо сказал Валентин Палыч, — можно называть его домашним помощником. Он умеет мыть посуду, вытирать пыль и любит спать под вашей кроватью.
— А когда утром ставишь ноги на пол, он не пытается схватить их?
— Есть такая проблема, — согласился Палыч, — Игоша любит поиграть. Пытаемся отучить его, но пока не выходит. Но, с другой стороны, во всем надо искать положительные стороны. Прозвонил будильник ни свет, ни заря, ты, ещё толком не проснувшись, свешиваешь ноги с дивана, и тут тебя волосатая лапа — раз — за пятку! Сразу становишься бодрый, энергичный, даже можно кофе не пить.
— Гениально, — покачал головой я. — Жду — не дождусь, когда Игоши заведутся в каждом доме под каждой кроватью. Жить станет лучше, жить станет веселее.
В дверь вошёл парень-лаборант, который сегодня провожал меня к Палычу.
— Чего не следишь за Игошей? — ругнулся на него учёный. — Он, мало того, что гостя напугал, так тот его чуть не пристрелил с непривычки.
— Убежал от меня! — развел руками парень. — Но я особо не переживал, его тут все знают.
— Гляди, крутанёт какой-нибудь вентиль, который крутить нельзя, и будет нам всем весело. Чтоб последний раз!
— Хорошо, хорошо, исправлюсь!
Парень схватил Игошу в охапку и уволок из кабинета.
— Поеду, — сказал я. — В принципе, узнал всё, что хотел.
— Если что-то ещё будет нужно — не стесняйтесь мне звонить в любое время дня и ночи! — сообщил мне на прощание Валентин Палыч.
Я поехал к Вике. К этому времени она уже должна была вдоволь поплавать и вернуться в офис.
Да, так и есть. Вот он, её «БМВ». На проходной меня знали и не стали спрашивать, к кому направляюсь. Наверное, завидовали мне, предполагая, что я не её подзащитный, и юриспруденция — не главное в наших отношениях. Ну что сказать, отчасти они правы.
Подойдя к двери ее офиса, я услышал изнутри громкий мужской голос и решил подождать. Вика говорила, что у нее сегодня никого не будет, но клиент — зверь такой, что может внезапно выпрыгнуть из-за кустов. По себе знаю. Так что полюбуюсь пока видом из окна.
