Однако что-то в обрывках доносящегося разговора меня насторожило. Мужчина разговаривал с Викой на повышенных тонах или мне это только показалось?
Увы, именно так. Даже начал кричать на неё. Прислушиваться я не стал, нахмурился и открыл дверь.
Вика сидела за столом, и ее лицо было красное от злости. А на диване вальяжно развалился огромный, очень хорошо одетый гражданин лет сорока. Рожа — мерзкая, взгляд — высокомерный. Рост у человека под два метра. Сколько весит — сказать трудно, пузо выпирает у него далеко.
— Что-то не так, я правильно понял?
Вопрос адресовался обоим людям в кабинете. Не знаю, что тут произошло, но ясно, что ничего хорошего.
Вика на него не ответила, зато подал голос мужчина.
— Ты вообще кто такой? — презрительно выпятив губу, произнес он. — Выйди отсюда.
Мой опыт общения с подобными личностями подсказал, что разговаривать смысла нет. Вызывать их на честный поединок тоже незачем — благородства они не оценят.
Поэтому я шагнул к сидящему гражданину и с размаха ударил его ладонью по щеке. То есть пощёчиной.
Она, конечно, не может отключить человека так, как удар кулаком, но если правильно ударить, то становится очень болезненна. Кулак отшибает мозги, в голове проносится звон колоколов, и мир вокруг плывёт, а от немного скользящего удара ладонью лицо начинает зверски болеть.
Так случилось и на этот раз. Мужчина взвыл, схватился за лицо и повалился вперед, на пол.
— Так что всё-таки случилось? — переспросил я. — И без утаек, пожалуйста.
Толстый гражданин не ответил — он был занят, держась за морду, катался по полу от боли, а Вика, посмотрев на меня глазами, в которых читалось «ну зачем ты это сделал», сказала:
— Клиент. Я выиграла его иск, но договоры об оплате мы подписали не все. Отдавать обещанные деньги он не стал, мало того, ещё и начал оскорблять меня.
— Ты, тварь, их не заработала, — произнёс мужчина, держась за щеку. Он уже немного пришёл в себя и встал в метре от меня. Левая Лева его щека сверкала всеми оттенками красного, синего и фиолетового.
— Тебе — конец, — сказал он мне, — ты хоть знаешь, кто я?
И его правый кулак с размаха полетел мне в голову.
Когда-то на тренировке я поспорил со своим приятелем-боксёром. Он говорил, что если противник очень массивный и к тому же толстый, то нокаутировать его ударом по печени невозможно — энергия удара поглотится вражеской тушей и серьёзных повреждений не нанесет. Я придерживался иной точки зрения, считая, что сильный точный удар уложит любого.
Проверить на практике тогда это не получилось. Подходящих спарринг-партнеров не нашлось, а потом разговор и вовсе забылся. Но сейчас он всплыл в памяти, и я, уклонившись пудового кулака, ударил мужчину левым крюком в правый бок. Рука зашла ему в брюхо чуть ли не по локоть. Человек на секунду застыл, а потом опять повалился на пол, который за последние две минуты стал для него чуть ли не родным.
«Коля, ты был неправ!» — мысленно обратился я к приятелю. При желании можно все!
— И кто же ты? — спросил я у валяющегося под ногами гражданина.
Он стонал от боли и ничего не ответил.
— Коммерсант, — пожала плечами Вика. — Подмосковный фермер. Свиновод. Колей его зовут. В начале вел себя совершенно иначе. Клялся всем, чем только можно, что заплатит, заискивал, даже противно было, а теперь вот так. Ему, наверное, доставляет удовольствие обманывать людей.
— Узнаю этот типаж, — произнёс я.
Всё понятно. Первый парень на деревне. Подзаработал денег и решил, что ему всё можно. Есть такие люди.
— Ты будешь сидеть, — раздалось с пола, — а ты, проститутка, для начала вылетишь с адвокатов, а потом…
Что будет потом, мы так и не узнали. Перед глазами у меня вспыхнула красная пелена, и я несколько раз ударил его ногой по рёбрам. Коля взвыл и свернулся в позу эмбриона.
Но, к сожалению, в некоторых своих угрозах он был прав. Не пройдет и дня, как мне снова начнет светить статья за нанесение телесных повреждений, а Вика может лишиться адвокатского статуса в два счёта.
Как-то надо выходить из положения. Закону плевать на то, как Коля себя вёл. Не заплатил? Подавайте на него в суд и попытайтесь факт неуплаты доказать. Оскорблял? Тоже обращайтесь в суд, если докажете и это, нехорошего человека приговорят к штрафу в размере оплаты двух поездок на такси. Серьёзнейшие траты для богатого фермера!
Ну или в качестве самозащиты можете его тоже оскорбить. Теми же словами, что он — вас. О том, что некоторым людям это глубоко до одного места, закон не знает и знать не хочет. Бить в качестве защиты чести и достоинства нельзя. Мы живём в цивилизованном государстве, у нас, знаете ли, не средние века.
— Ну что, — пожал плечами я. — Вызываем полицию.
Вика кивнула.
— Оперативный дежурный городского управления полиции слушает, — сказал мне голос в телефоне.
— Человек, находясь в неадекватном состоянии, напал на адвоката и ее помощника.
Я назвал адрес и фамилии пострадавших — то есть свою и Вики.
— Передаю информацию в районный отдел. К вам приедет опергруппа.
На этом разговор был закончен.
