— Двенадцать? Детское время, а я уже взрослая! Человек не должен засыпать раньше трех! Давай, буду ждать. Что-нибудь придумаем. А где ты будешь полночи, можешь сказать?
— Конечно, могу. Никакой тайны. На кладбище.
Снежана на секунду открыла в изумлении рот.
— А что… кто-то умер? Тогда почему ночью?
— Ты не поверишь. Они там все умерли, — мрачно пошутил я.
Она засмеялась.
— А, вот как…
— И для моей работы ночь больше подходит.
— Ничего себе! — покачала головой девушка.
Внезапно она посмотрела хитро-хитро.
— Возьми меня с собой? Мне очень страшно, но ты же будешь рядом!
— Не могу, — ответил я. — Никак. Потом позвоню, если спать не будешь.
— Жаль… Но ладно, если уж ты не хочешь… Спать я точно не буду! Пока!
Она послала мне воздушный поцелуй и отключилась.
Эх, Снежана… Хорошая ты девочка. Но большой вопрос, те ли развлечения ты себе находишь. И с тем ли человеком. Хотя ты уже совершеннолетняя, и я не проявляю никакой инициативы.
До ночи времени еще много и меня посетила идея, как можно найти специалиста по сигнализациям. Шансы на удачу невелики, но попробовать стоит. Вся оперативная работа и состоит из таких попыток, большинство из которых безрезультатны, но в конце концов удача все-таки приходит.
На это опять нужны деньги. Чтобы победить коррупцию в правоохранительной системе, ее надо использовать. Иначе никак.
— В машине разговаривать не буду, — презрительно поджав губы, заявил вышедший из Главного управления Имперской полиции парень. — Я понимаю, что вы приехали по рекомендации уважаемых людей, но кто сейчас ведет переговоры в автомобиле?
— Пойдемте в какое-нибудь кафе, — предложил я.
— Кафе я не люблю, — сморщился господин полицейский. — Там много людей. И все на тебя смотрят.
«Да кому ты нужен, смотреть на тебя! — подумал я. — Ты же не девушка на пляже в крохотном купальнике. Все заняты своими делами».
— Тогда как? — человек начал меня раздражать, но деваться было некуда.
— Постоим на улице. У вас ведь короткая просьба, верно?
— Да, — кивнул я.
Мы прошли метров пятьдесят и встали на углу автомобильной парковки.
Не знаю, сколько лет ему, на вид будто только вчера с университетской скамьи. Щупленький, смешной, волосы топорщатся, но с гонором. Папа, наверное, сюда устроил. Или мама. Или дедушка-генерал с еще оставшимися связями.
Не в оперативники районного отдела раскрывать грабежи-убийства мальчик пошел, а сразу в аналитики, да еще и куда! В самое что ни на есть Главное управление. Важнее в полиции организации нет. Вон какое здание себе отгрохали. Двадцать этажей, и не вытянутая свечка, а почти квадратный «короб».
Тут где-то и министр сидит. Не знаю, на каком этаже. Я к нему в гости не заходил.
Работает парень в должности с пафосным названием «оперуполномоченный аналитического отдела». Считается, будто он что-то анализирует. На самом деле — ничего. Сидит за компьютером, вносит изменения в базы данных.
Работа — не бей лежачего. А зарплата — вдвое больше, чем у опера, который чуть ли не каждый день задерживает преступников, рискуя получить ножом в бок.
— Мне нужны имена агентов, состоящих на связи у этого человека, — попросил я, показав на бумажке данные Игоря, — и желательно сразу с судимостями, если эти люди за что-то привлекались.
— Я понял. Ждите меня минут двадцать, — буркнул паренек и ушел обратно в серую громадину здания.
Про деньги — ни слова. Они будут передаваться через третьи руки. Другими способами мальчик отказывается. Надо же, какой осторожный. Обычно полицейские мажорчики, наоборот, ничего не боятся.
Мой расчет прост. Сотруднику правоохранительных структур, согласно приказов, не полагается общаться с криминальными элементами, за исключением так называемых агентов. То есть, когда они сообщают оперативникам информацию о преступлениях.
Общение с этими людьми — одна из главных составляющих оперативной работы. Кому-то из агентов за полученные сведения приходиться давать немного денег, за кого-то решать проблемы (например договориться с тюремным начальством, чтобы сидящего родственника перевели в камеру с более человеческими условиями). А иногда надо закрывать глаза на их преступления.
Концепция «меньшего зла». Этот ворует по чуть-чуть, зато может рассказать о тех, кто ворует помногу. Складываем плюс с минусом — и как бы в плюсе оказываемся. Информаторов далеко не всегда проводят по учетам (я, например, старался так никогда не поступать). Но когда сильно припекает (а Игоря пару раз осбэшники к стене прижимали), лучше это, все-таки, сделать, а то уволят к чертовой бабушке. Уволить проще, чем отправить в тюрьму.
Сейчас принесет мне мальчик список, и я посмотрю, нет ли там специалистов по сигнализациям.
Двадцать минут истекли несколько раз, но я, тем не менее, дождался возвращения полицейского клерка.
Он завел меня еще глубже на автостоянку и, оглянувшись, как в комедии про шпионов, достал лист бумаги.
— С собой не отдам. Записывайте или запоминайте, мне без разницы.
— Запишу. У меня не феноменальная память.
