Мы успели покинуть второй зал как раз тогда, когда в первом послышался шум. Похоже, трийане решили расширить входную щель под свои габариты.
«Если найдём проход, где им не протиснуться — у нас будет шанс!» — заметил Вася.
«Ну да. Если они не решат его взорвать», — мрачно ответил я.
Двигались быстро. Свет был только у тех, кто шёл первым. Остальные держались за руки или за тележки с поклажей, которые вынужденно несли на руках. Было понятно, что, возможно, этот нехитрый транспорт придётся скоро бросить — в первом же узком месте, но пока была такая возможность, его старались сохранить. Всё-таки припасы и их количество в пустыне — это жизнь.
Трийане буквально наступали нам на пятки. Их было слышно. Едва мы покидали очередной зал и спускались на следующий горизонт — до нас долетали звуки, как кто-то двигается там, где мы только что были.
Они удивительно быстро разобрались, через какой именно проход мы ушли. Или же в их распоряжении было достаточно сил, чтобы прочесать их все.
В какой-то момент я обнаружил, что Лаймиэ не просто идёт рядом: она вцепилась в мой локоть так, что рука даже начала затекать.
— Ты в норме? — тихо спросил я.
— Что? — встрепенулась она, немного ослабив хватку. — А. Да, Тейдан. Не волнуйся. Я нормально.
— Точно?
— Просто… не люблю темноту. И закрытое пространство.
— Как-то здесь безжизненно, — сказал я, просто чтобы отвлечь её. — На Земле в пещерах обычно много кто живёт.
— Правда? — заинтересовалась Лаймиэ. — В горах на севере, особенно по другую сторону Каменного Пояса, любят селиться ринлэмы. Эта такая огромная хищная тварь, вся покрытая шерстью. Но здесь, в пустыне, они бы не смогли выжить.
— На Земле в пещерах часто селятся насекомые, — сказал я. — Это такие существа… мелкие, с твёрдым внешним покрытием и шестью конечностями. Многие из них умеют летать. А отдельные пещерные виды даже светятся в темноте.
— Правда? — удивилась Лаймиэ. — Совсем как глубоководные морские ильмуэн! Но о том, что кто-то может светиться на воздухе я никогда не слышала!
— Правда, светятся не сами насекомые… точнее, они, конечно — но не взрослые особи, а их личинки.
В эйра не было слова «личинки», по понятным причинам. Так мне пришлось использовать русское слово.
— Эти… «ли-цси-ки». Они что-то вроде детей, да? — уточнила Лаймиэ.
— Не совсем. Насекомые в жизни проходят несколько трансформаций, которые называются метаморфозы, — сказал я, стараясь подобрать слова, максимально близкие по смыслу.
— Наверно, это красиво…
— Да, очень! Потолок пещеры выглядит как звёздное небо! — ответил я.
В этот момент где-то впереди, там, где мелькали огни авангарда, послышался утробный рёв. Вся наша процессия замерла. Наступила полная тишина. Даже звуки трийанских шагов за спиной тоже стихли.
«Женя», — вдруг позвал Вася. Его голос был крайне удивлённым.
«Подожди, тут у нас…» — ответил было я, но мой невидимый напарник меня перебил.
«Я получил в радиодиапазоне запрос на авторизацию канала связи», — сказал он.
«Что? Корабль вышел на связь? Но… как? Мы под землёй!»
«Женя, это не корабль, — ответил Вася. — Это… что-то ещё. И оно совсем рядом!»
«Подожди… запрос связи наш?»
«Да! Квантовая идентификационная метка криптосистемы верная. Наша система, проект „Север“», — ответил Вася.
«Но… как это возможно?»
Впереди снова послышался утробный рык. Погас свет.
«Я не знаю, но по инструкции обязан дать доступ», — сказал Вася.
«Подожди!» — мысленно окликнул я. Но было поздно.
«Вывожу запрос на визуал», — сказал мой напарник.
Впереди, в узком лазе, куда ушёл авангард, раздались крики. Через минуту оттуда выбежал растрёпанный мужик со всклокоченной бородой.
— Оно! — кричал он, указывая большими пальцами через плечо. — Оно!
— Млэр, успокойся! — окликнул его Трумбэл. — Что там?
Через несколько секунд ещё несколько человек выбежали из щели. Они развернулись, перехватили в руках ножи и дубины, будто собираясь отражать нападение. Весь огнестрел находился под строгим контролем Мэрдана и его людей.
— Да что там⁈ — теряя терпение кирнул Трумбэл, забывая о том, что его могут легко услышать преследующие нас трийане.
— Надеюсь, оно не пройдёт, Старший… — ответил один боец из авангарда — седой, но крепкий мужик. Он единственный из авангарда выглядел относительно спокойно. Говорил без суеты. — Мы не знаем, что это. Не разглядеть.
Тем временем у меня перед глазами Вася активировал экран. Сначала на нём возник логотип в виде вставшего на дыбы белого медведя, под которым красовалась надпись: «Корпорация „Север“».
«Корпорация?» — удивился я.
«Смотри дальше», — ответил Вася.
Картинка изменилась. Теперь сверху экрана было написано: «Боевой модуль „Буран“».
Ниже шла небольшая таблица со следующими показателями:
Статус: активировано, ожидание приказа.
Энергия: 98%.
Диагностика систем: неисправностей не выявлено.
Оператор: полковник Алданов Евгений Викторович, «Шланг», допуск ф-А0.
Идентификация: подтверждено.
Под этой таблицей на экране было схематическое изображение какой-то штуковины с четырьмя конечностями, немного напоминающей медведя. Схема светилась зелёным светом.
