— Даже не страх как таковой. Осознание, — ответил руководитель. — Я ведь уже намекнул тебе на то, как на самом деле устроена Вселенная, да? Только представь, что будет, если информация о Пентакле выйдет за определённый порог известности? Пока что нас спасает осторожность всех игроков. И, возможно, удача. Но так не может продолжаться вечно. Однажды некто, решивший, что проигрывает в гонке, может не выдержать, и тогда…
Сергеич вздохнул. Я отвернулся от окна и снова взглянул в его глаза. Нет, там не было страха — только бесконечная усталость, которую он отчаянно пытался скрыть иллюзорной молодостью и бравадой. И это мне совершенно не понравилось.
— Разве тебе самому не хочется наказать тех, кто устроил такое с твоими собственными сотрудниками? — спросил я. — Кто соблазнил их? Заставил убить тебя?
Сергеич грустно улыбнулся.
— Лучшее наказание для врага — это собственный успех, Женя, — ответил он. — Чему я научился за все эти годы — так это целеполаганию.
— Как думаешь — тот зубастый с О-деа — это он же? Или всё-таки другой игрок? — уточнил я.
— Спроси у Васи, — Сергеич кивнул на соседа, который продолжал сидеть тихо, глядя на закат. — Анализ у него лучше получится.
Вася перевёл на меня взгляд, вздохнул, но ничего не сказал.
— Получается, мы обсудили всё, что ты хотел? — уточнил я.
Сергеич кивнул.
— Да, Женя. Пожалуй. Разве что…
Он снова посмотрел на меня, уже не пытаясь скрыть выражение усталости на неестественно молодом лице.
— Да?
— Будь осторожен, Женя. Мне кажется, это существо в отчаянном положении и может решиться на раскрытие. Не давай ему такого шанса.
Я кивнул и посмотрел на Васю.
— Забери меня отсюда, — произнёс я.
И футуристический домик с белыми стенами, просторная кухня с видом на лес и море, окрашенная закатными тонами — это всё тут же исчезло, оставив на миг лишь густой сосновый запах.
Жуткая спешка началась буквально с того момента, как я открыл глаза в пещере с мейнфреймом. Оказывается, Сергеич снял все блокировки — и возле меня на решётчатом помосте уже стоял Игорёк, нетерпеливо пританцовывая.
— О, очнулся? Бежим скорее!
Вот буквально так и сказал: «бежим!» И тут же сам рванулся вперёд, подавая пример. Бегать не хотелось — по ощущениям я пробыл в «виртуале» не так много времени, но тело работало как после длительного сна, то есть нехотя и со скрипом.
— Да погодь ты!.. — вырвалось у меня.
Игорёк замедлился, но лишь чуть-чуть. Так что пришлось догонять.
Потом был лифт, электрокар, который довёз нас до выхода. Новенький (ещё один!) скафандр модели «Полярная сова» или, как его называли неофициально. «Филин».
Прямо так, в скафандре, меня запихнули в вертолёт, который тут же взлетел и направился… нет, не в Норильск, как я подумал вначале. Оказывается, всего в сотне километрах от «Севера» находился секретный военный аэродром.
Не давая перевести дух меня прямо из вертолёта пересадили в кабину истребителя-спарки. Модель машины была мне незнакома. Возможно, что-то новое. Двигательные отсеки какие-то необычные. Не гравитационные отражатели, конечно — но что-то явно новое и высокотехнологичное.
Когда машина рванула вверх, почти вертикально, с огромными перегрузками, я даже заподозрил, что меня вот прямо так «выпихнут» в космос. И, похоже, мы действительно оказались где-то возле предела Картмана, судя по чёрному небу и отчётливо видимой округлости Земли. Однако, суборбитальный перелёт — не равно вывод на стабильную орбиту.
Поэтому вскоре мы начали снижение, чтобы приземлиться в уже знакомом мне аэропорту космодрома «Восточный». Перелёт занял меньше часа, так что с лётчиком я даже познакомиться не успел.
Истребитель даже на рулёжку не стал заруливать — просто остановился в конце полосы и открыл задний фонарь. Подбежавшие служащие меня едва ли не силой достали из кабины, усадили в авто и помчали в сторону стартового стола.
Во время последних приготовлений я узнал, что корабль нашёлся едва ли не на складе: вся российская пилотируемая космонавтика уже в ближайшие несколько месяцев планировала полностью перейти на гравитационные старты. Носитель же был назначен для рутинного грузового запуска по программе внутрисистемных исследований. Так что совокупность факторов вовсе не добавляла уверенности в надёжности старта.
Скажу честно: за время путешествия на «Севере-2» я отвык от тесноты. Так что приходилось привыкать заново. Хорошо хоть обновлённый вариант «Совы» вполне годился для таких запусков. В нём всё-таки было куда комфортнее, чем в «Коршуне».
От бесконечной дерготни меня охватила какая-то апатия. Я отстранённо слушал обратный отсчёт, желая лишь одного — поскорее оказаться на Луне. А перед глазами у меня стояло молодое и бесконечно уставшее лицо Сергеича.
