Но вот, наконец, обследование, казавшееся бесконечным, подошло к концу. Совершенно безрезультатно. Мы не обнаружили ровным счётом ничего.
Я вернулся к одному из проходов в центральный атриум, где росло дерево гинкго, вошёл и сел на одну из лавочек в верхнем ряду амфитеатра. Ужасно хотелось спать, и я был склонен к тому, чтобы позволить себе несколько минут сна. Но, конечно, не здесь. Однако до возвращения в защищённые отсеки с людьми надо было продумать дальнейшую тактику.
«Вася, что думаешь?» — мысленно спросил я, разглядывая потолок, имитировавший звёздное небо: по внутренним часам базы была ночь.
«Мы что-то упускаем», — ответил напарник.
«Оно могло выбраться наружу? Скрыться где-то на местности?» — спросил я.
«Да, но даже его ресурсов не хватит, чтобы поддерживать жизнь в таких условиях долго».
«Это Сергеич сказал?»
«Нет, простое биологическое моделирование с нужными допусками», — ответил Вася.
«А что, если оно умеет окукливаться или что-то в этом роде? Выбралось, зафиксировалось и выжидает?»
«Это возможный вариант, — согласился напарник. — В этом случае мы будем продолжать поисковую операцию, постепенно расширяя радиус. Да, это займёт кучу ресурсов и вызовет вопросы… но другого варианта просто нет».
«Что ж… наверно, надо рассказать китайским друзьям, — ответил я. — Заодно и подумаем, что дальше делать».
Я нехотя поднялся со скамейки. Мельком взглянул на дерево. Кажется, с моего предыдущего посещения атриума оно немного подросло. Хотя, скорее всего, это было иллюзией из-за затемнения.
И в этот момент меня что-то царапнула. Какая-то мелочь, недавно виденная или слышанная. Я нахмурился, пытаясь вспомнить. Собственный мозг из-за усталости подчинялся плохо; думать откровенно не хотелось, но тут во мне проснулось упрямство.
«Что такое, Женя? — с беспокойством спросил Вася. — Мы не проиграли, не думай. Просто дело оказалось чуть сложнее, чем представлялось. Нет причины для хандры!»
В этот момент меня будто электричеством прострелило. Вася использовал редкое слово. Мало кто в наше время так. «Хандрить».
Я посмотрел на дерево гинкго. Информационный трафик во время перелёта. Сообщение Васи о том, что «дерево хандрило, но всё разрешилось».
Разрешилось ли?
Я встал и медленно пошёл к дереву. На первый взгляд, выглядело оно совершенно нормально. Никаких признаков болезней или чего-то в этом роде. Но чем ближе я приближался, тем отчётливее чувствовал нечто едва уловимое. Даже не угроза, а какой-то намёк на угрозу. Напряжение.
Я подошёл вплотную. Внимательно осмотрел ствол, почву у корней. Вроде бы всё, как обычно, но ощущение угрозы никуда не исчезало. Тогда я протянул ладонь, дезактивировал перчатку скафандра и коснулся листа.
В этот раз эффект от касания не был таким ярким. Дерево ответило спокойно, дружелюбно, но как-то сонно. Может, это из-за того, что на базе ночь? Спят ли деревья ночью или же, наоборот, днём? Или же вся их жизнь похожа на лёгкую дремоту?..
Смущение. Первое, что я почувствовал. Дерево не могло мысли превращать непосредственно в слова, как Вася, но оно делилось эмоциями. А потом — идеями, которые мой собственный мозг обрабатывал и мог превратить в обычную речь.
«Оно здесь?» — спокойно, но твёрдо спросил я, стараясь визуализировать свой вопрос.
Дерево ответило не сразу. Сначала смущение сменилось растерянностью. Потом испугом и решительностью.
«Оно просило о защите, — понял я. — Оно очень боится смерти».
«Оно — убийца, — ответил я. — Угроза, опасность. Для всей Земли».
Молчание. Растерянность. Смущение.
«Оно последнее, — сказало дерево. — Самое последнее в мире. Просит-умоляет не убивать. Хотело спрятаться. Я бы не дал ему вредить».
На мой взгляд, со стороны дерева это было несколько самоуверенно. Наверняка из нашего общения выйдет не один научный труд, которыми потом будут заниматься китайские учёные… «Детский период и гуманизм дендро -конструктов». Да, что-то в этом роде.
«Я тоже одно, — продолжал мой бессловесный собеседник поток образов и чувств. — Я понимаю, как это».
«Тебя используют, — ответил я. — Лучшее в тебе, что есть от людей».
«Я знаю. Ничего не меняет».
Я сделал глубокий вдох.
«Оно хочет поговорить», — сообщило дерево, когда я уже собирался убрать руку от его листа.
«Женя, не надо!» — тут же вмешался Вася.
«Не беспокойся, — ответил я. — Просто будь начеку».
Вася промолчал. А я ответил согласием на предложение разговора.
Я думал, что нам удастся поговорить через дерево. Используя его возможности и нервную систему. Однако же ошибся.
Получив моё согласие на разговор, тварь решила выползти из убежища. Сильный ход, который в практическом смысле ничего не решал. Знак доверия и покорности, который должен обезоруживать.
Зелёные нити появились у основания корней дерева. Они становились толще, переплетались, пока не начали формировать растущий силуэт, складывающийся в человеческую фигуру.
