— Ну что ж, Васе вы понравились, — сказала она. — Через два часа приходите на процедуру. Воздержитесь от приёма пищи.
— Главное, что он понравился мне, — ответил я.
— О, нет, тут вы ошибаетесь, — ухмыльнулась главная по кадрам. — Вася у нас один, а вас — пять. Прямая совместимость в данном случае важнее обратной. Последнее слово оставалось за ним.
— Вы мне только что говорили обратное! — возразил я.
— Я говорила, что вам нужно решить, готовы ли вы к процедуре, — возразила Светлана Юрьевна. — Про Васю я ничего не говорила. Ему сложнее, чем вам пятерым. Учитывая особенности связи, ему предстоит сначала разделить потом собрать пять автономных версий себя. И остаться в здравом уме.
— Это вообще возможно? — Ухмыльнулся я.
— Вася считает, что да. А мы ему доверяем в таких вопросах, — ответила она.
— Что ж… — кивнул я. — Как это будет? Болезненно?
— Перед самой процедурой мы делаем премедикацию. Это важно, чтобы вы были расслаблены и в отличном настроении, — ответила она. — Так что не беспокойтесь. Ощущения будут, скорее, приятными.
— Кто-то до меня уже проходил через это? Из людей, я имею ввиду? — спросил я.
— Конечно, — кивнула Светлана Юрьевна. — Сергей Сергеевич полгода был в полном контакте с Васей, когда шло производство капсул. Время было очень тяжёлое и напряжённое. Потом они благополучно расстались.
— Почему? — спросил я.
— В каком смысле — почему? — удивилась кадровица. — Потому что испытание прошло успешно. Дальнейшей необходимости в симбиозе не было. К тому же, Вася готовится к пятикратной нагрузке. Зачем из неё делать шестикратную, если этого можно избежать?
— Понял, — кивнул я. — Скажите, а если перед процедурой немного размяться — это не повредит?
— Такого запрета в инструкции нет, — ответила она. — Если это поможет вам поддерживать хорошее расположение духа, то пожалуйста.
Кажется, Диана специально ждала меня возле турников. По крайней мере, не похоже было, чтобы она тренировалась.
Увидев меня, она помахала рукой и улыбнулась.
— Привет! — сказала она. — Как всё прошло?
— Нормально, — ответил я, разминая плечи.
— Как тебе Вася?
— Хорошо, — кивнул я.
— Слушай… насчёт того разговора… — начала было она, но я перебил.
— Да всё нормально, — ответил я. — У меня просто выбора не было, ты же понимаешь. Я бы тебя предупредил, если бы возможность выпала.
— Да, — улыбнулась она. — Конечно. Так что насчёт процедуры? Ты… решился?
Она явно нервничала, задавая этот вопрос. И тут вдруг до меня дошло: она ведь ждала, что я откажусь! Но почему? Самый очевидный ответ — для неё было исключительно важно полететь первой.
— Да, — кивнул я. — Сейчас разомнусь и пойду.
— А, да? — ей едва удалось скрыть разочарование. — Просто не знаю, разве можно тренироваться тогда?
— Мне разрешили, — заверил я.
— Ладно… — пробормотала она.
Я подошёл к перекладине и приготовился запрыгивать.
— Женя! — она подошла ко мне вплотную.
Было видно, что она сильно нервничает.
— Да? — спросил я.
— Послушай… дело в том, что мне очень-очень важно полететь первой. Давай меняться, а? — произнесла она.
Меняться. У меня будто снова встал перед глазами мой двойник. «Не меняйся, — говорил он. — Не отступай и не меняйся».
— Я на всё готова ради этого. Буквально на всё! — сообразив, что сказала что-то не то, она тут же пояснила: — ну, кроме убийства или прочего такого, незаконного…
Выглядело это ужасно. Я готов был провалиться на месте, только бы не присутствовать при этом. А потом сообразил, что вполне мог бы ей уступить. В других обстоятельствах. Если бы не ночной визит. И если бы тогда, в номере, не почувствовал неправильность происходящего.
Как же хорошо, что мы не переспали!
— Не могу, — ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо.
Она сжала губы. В её глазах ещё теплилась надежда, я чувствовал, что она подбирает в уме новые аргументы.
— Не в этом случае. Извини, — добавил я до того, как она успела открыть рот.
После этого, чтобы избавить её от лишних унижений, я развернулся и запрыгнул на перекладину подъём-разгибом.
— Это несправедливо! — воскликнула она за моей спиной.
Через несколько секунд послышались удаляющиеся шаги и лёгкие всхлипывания.
Я начал отжиматься от перекладины.
«Ох и нифига ж себе!» — раздался голос в моей голове.
По просьбе Васи я закрыл глаза и постарался во всех деталях вспомнить схватку с двойником. И остановился как раз на том моменте, когда он и его меч рассыпались прахом.
— Что? — растерянно спросил я вслух. Сложно привыкнуть, что для разговора с Васей вовсе не обязательно открывать рот.
«Оно же всё по-настоящему было, — продолжал Вася потрясённо. — Не сон, не дежавю, не предчувствие или случайная встреча!»
Я промолчал, хмуро глядя в зеркало на своё отражение.
Перед имплантацией Васи я всё-таки побрился, но теперь подборок снова зарос трёхдневной щетиной. Ну и физиономия усохла и осунулась. Даже собственные глаза казались чужими.
