— Ладно. — Флинн похлопал ее по колену. — Должен сообщить вам, что не нашел никаких сведений о транспортной компании, которая обслуживала Ворриорз-Пик, а также о службе доставки, перевозившей мебель клиенту под названием «Триада».
— Но ведь они как-то обставили дом! — запротестовала Дана. — Не могли же Питт и Ровена просто щелкнуть пальцами, чтобы там все появилось!
— Я лишь констатирую факты. Фирмы по торговле недвижимостью тоже не заключали с ними сделок. На данный момент я не нашел не одной ниточки, связывающей Ровену или Питта с Ворриорз-Пик. Я не утверждаю, что их нет, — продолжил Флинн, предупреждая протест сестры. — Просто говорю, что не смог выйти на них логическим путем.
— Значит, нужно использовать другие пути.
Флинн улыбнулся.
— Это по вашей части, дамы, а я сделал еще один логичный шаг. У меня есть знакомый коллекционер, который может послужить источником информации. Речь идет о Брэдли Уэйне. Я ему позвонил. Выяснилось, что через пару дней старина Брэд будет здесь.
— Уэйн возвращается в Вэлли? — подняла брови Дана.
— Возглавит местное отделение «Сделай сам». Брэд унаследовал семейную любовь Уэйнов к искусству. Я описал ему картину — по крайней мере, начал. Закончить не успел — он сказал, что это полотно называется «Три принцессы».
— Не может быть! — Мэлори вскочила и стала расхаживать по комнате. — Я бы о ней слышала! Кто автор?
— Похоже, никто не знает.
— Немыслимо! — не могла успокоиться Мэлори. — Такой огромный талант! Я не могла не знать! Я должна была видеть другие работы этого художника.
— Не обязательно. Брэд говорит, что о нем почти ничего не известно. Последний раз «Трех принцесс» видели в частном собрании в Лондоне. Судя по всему, там же картина и погибла. В 1942 году, во время налетов немецкой авиации.
Мэлори два дня не выходила из дома. Она с головой окунулась в книги, телефонные разговоры и электронную почту. Глупо метаться между десятком гипотез и предположений. Лучше — гораздо лучше! — использовать возможности современных технологий.
Она просто не могла существовать, не могла
Настоящее искусство, творчество требует некой таинственной врожденной способности жить среди хаоса. По крайней мере, она так считала. Способности видеть, понимать и
И еще, разумеется, нужна такая мелочь, как умение переносить эти эмоции на холст.
Ей сие не дано — в отличие от талантливого автора «Трех принцесс».
Картина в Ворриорз-Пик или другое произведение этого художника — вот путь к цели. Теперь у Мэлори не осталось сомнений. Иначе почему ее мысли все время возвращаются к полотну? Почему во сне она попала внутрь картины?
Найти первый ключ поручено ей именно из-за профессии и связей в мире искусства.
Искать велено снаружи и внутри. Внутри картины или другого произведения этого живописца? А что значит снаружи? Среди того, что окружает картину?
Мэлори открыла папку и в который раз стала рассматривать фотографию. Что окружает девушек? Безмятежность и красота, любовь и страсть — и угроза уничтожения этих чувств. А еще должно быть средство, чтобы все вернуть…
Ключ в воздухе, в деревьях, в воде.
Мэлори твердо знала, что не извлечет волшебный ключ из воздуха, не сорвет с ветки дерева. Но что это значит? И какой из трех ключей ее?
Может, она воспринимает все слишком буквально? Или «внутри» означает, что она должна заглянуть в себя, разобраться, какое впечатление на нее произвела картина, какие вызвала чувства и мысли?
«И что это за поющая принцесса?» — спрашивала себя Мэлори, оторвавшись от груды документов и расхаживая из угла в угол. В ее сне никто не пел. Музыку напоминало только журчание фонтана. Может быть, тут есть какая-то связь с фонтаном? Или с водой?
Ею овладело отчаяние. Просидела все это время дома и не продвинулась ни на шаг.
Осталось всего три недели.
Тихий стук в стеклянную дверь внутреннего дворика заставил девушку испуганно вздрогнуть. С той стороны стоял мужчина с собакой. Мэлори автоматически пригладила волосы, которые утром просто собрала в хвост. Она не красилась и не потрудилась снять мешковатые хлопчатобумажные штаны и футболку, в которых спала.
Вид не самый лучший, а если честно, то хуже не придумаешь.
Видимо, Флинн тоже это заметил. Он внимательно посмотрел на Мэлори и покачал головой:
— Милая, тебе нужно прогуляться.
Она буквально чувствовала, как на лице, словно переводная картинка, проступает недовольное выражение.
— Я занята. Работаю.
— Вижу. — Флинн покосился на аккуратные стопки документов на обеденном столе, красивый кофейник и фарфоровую чашку. Рядом стояла подставка с карандашами, скрепками и самоклеющимися листками для записей. Разноцветное стеклянное пресс-папье прижимало несколько недавно распечатанных страниц. Под столом — коробка для бумаг. Флинн представил, как Мэлори вечером складывает все документы в коробку, а утром снова раскладывает на столе.
