До того, как поехать домой, я заглянул в управление. Оттуда позвонил Сэму Хессиану, который сказал, что ему нужна помощь сестры, поэтому он заберет дочь Перкинса к себе в смотровой кабинет и отвезет назад, если не будет обнаружено причин для ее госпитализации. Он оказывает немалую помощь полиции вдобавок к своей работе судмедэксперта. Он провел освидетельствование очень многих жертв насилия. Он постоянно заявляет, что его отношение к насильникам недостойно медицинского работника. Утверждает, что их следует отпускать на свободу — после того, как они подвергнутся операции, лишающей их потенции, причем эти операции он готов делать бесплатно. Поговорив с ним, я уселся за свой стол и ощутил острое желание поведать Мег, что сотворил ее любезный братец. Но его и след простыл, у меня было предчувствие, что он вообще не вернется, что он делает все, чтобы его возвращение оказалось невозможным.
В результате я добился бы лишь того, что огорчил Мег и доказал собственную безупречность. Рассказав ей обо всем, я бы не смог изменить хода событий. И конечно же, Кэти не хотела бы, чтобы об этом знал кто-то помимо тех, кто должен был знать. И я ощутил в себе благородное начало, решив держать язык за зубами.
Я пытался представить себе Макейрэна, там, на нагорье, в ночи, экипированного для осуществления какого-то мерзкого замысла, и я ломал голову, что же это за замысел. Он знал, что потом мы очень сильно захотим его задержать.
Оглядываясь назад, я видел все больше достоинств в том совете, который дал мне Бу Хадсон, когда я забирал Макейрэна из Харперсберга. Проделай я дырку в его голове, и не была бы в отчаянии Кэти Перкинс. И я испытывал мерзкое ощущение, что к моменту, когда все останется позади, идея, высказанная Бу Хадсоном, покажется еще более привлекательной.
Но это опасный ход мыслей для человека, стоящего на страже закона. А в моем случае это просто смешно, потому что на подобное я никогда не был бы способен. Мне ни в жизнь не стать палачом. Макейрэна бы разобрал смех, узнай он о моих мыслях. Интересно, о чем он сам сейчас думает. Но таинственный характер его темных мыслей был за пределами моего воображения. Подобно тому, как нам не узнать, что за милые сны видит спящий крокодил.
Еще до своего отъезда я имел подготовленный на основе всех сообщений список предметов, которые он купил — все за наличные. Он делал покупки в универмаге «Сиэрс», магазине металлоизделий, магазине для военнослужащих, в других местах. Походная плитка, топор, резак, керосиновая лампа, складной навес, шерстяные одеяла, простыни, саперная лопатка, веревка, японский бинокль, транзисторный приемник, почти на сотню долларов консервов, кастрюли, сковороды, картонные тарелки и стаканчики, ящик виски, полдюжины колод игральных карт, походная одежда, пила, молоток, отвертка, дрель, гвозди и винты, пятнадцать десятифунтовых кусков шнура два на четыре миллиметра, крючья, клей, используемый строителями, несколько шестимиллиметровых досок, один большой и два небольших фонаря, два надувных матраса, два спальных мешка, на десять долларов журналов и книжек в мягкой обложке, катушка с леской и снасти для рыбной ловли, большая аптечка первой помощи, два ножа в чехлах, купальные трусы, складная металлическая линейка-«метр», водонепроницаемый мешок для жидкостей, походное ведерко и таблетки для очистки воды.
Я отнес список Лэрри Бринту и уселся, наблюдая, как он изучает его, как делает небольшие красные пометки против предметов, особенно его заинтересовавших.
— Не планирует оставаться в одиночестве, — проговорил он.
— Вроде, не собирается.
— Ума не приложу, зачем ему эти инструменты и материалы.
— Думаю, есть какое-то известное ему место, сарай какой-нибудь, который он с помощью них намерен привести в порядок.
— Возможно. Постарайся проследить, куда он направляется.
— Да, разумеется.
— Посмотри, чем Баб Фишер может быть нам полезен. Утром повидайся с ним, Фенн.
— Ну, какой из Фишера шериф, известно.
В тот вечер мы ужинали вместе с детьми, и было такое ощущение, будто Макейрэн прожил у нас не меньше двух недель, а добрых шесть месяцев. Чуть позже я узнал от Мег, что ее брат забрал с собой все свои вещи. Я задал несколько вопросов о грузе, и в конце концов она рассказала, что из фургона свисали концы досок. Сказала, что спросила его об этом, он же отшутился — мол, собирается соорудить гараж для своей новой машины.