Мы встретились с ней глазами. Я невольно подумал о том, как сильно изменилось ее лицо за последние полчаса: оно осунулось, стало твердым, а возле носа вдруг пролегла легкая тень суровой морщинки.
Я немного подумал и сказал:
– Пойми, я не могу говорить с тобой о деле до тех пор, пока мне не удастся по-настоящему разозлить тебя. Понимаешь?.. Сейчас я пытаюсь добиться именно этого. Но я не уверен, что у меня у меня получается…
– Я готова тебя убить только за одно кислое выражение твоей физиономии, – твердо сказала Настя.
Я отрицательно покачал головой.
– Не верю.
Настя приподнялась, взяла с соседнего столика стакан с недопитым кофе и вылила мне его на голову.
– А теперь?
– Уже лучше, – я вытащил платок и вытер мокрые волосы. – Интересно, как Коля прожил с тобой семь лет? При определенных обстоятельствах твои чувства очень трудно понять. Ты – женщина загадка.
Настя встала.
– Я пошла домой.
– Ты не пойдешь домой. А теперь сядь и спроси почему.
– Пошел ты к черту.
– Отлично! Сядь.
Настя нехотя села и посмотрела на входную дверь. Любое мое следующее слово могло стать в нашем диалоге последним.
– Итак, мы начинаем действовать, – сказал я. – Точнее говоря, действовать будешь ты. Сейчас ты поедешь домой к адвокату Надежде Шарковской и познакомишься с ее любимым мужчиной Геной.
– Зачем?
– Затем, что завтра в час дня ты отправишься со мной в ресторан "Восток". Там мы пообедаем со следователем Светланой. Она тебя не приглашала, но ты придешь. Так вот, завтрашняя встреча не будет иметь никакого смысла, если мы не сможем к ней как следует подготовиться.
– Я ничего не понимаю, – призналась Настя.
– Откровенно говоря, и я тоже. Но вполне возможно, что завтра нам повезет. Теперь что касается твоего сегодняшнего задания… – я понизил голос до шпионского шепота, но на Настю это не произвело никакого впечатления.
Я невольно вспомнил сестричек Шарковских и едва не прослезился от умиления: как все-таки легко работать с женщинами, у которых чувства опережают мысли!
– Ты позвонишь в квартиру адвоката, – продолжил я. – Когда тебе откроет дверь симпатичный мужик по имени Гена, скажешь ему, что ошиблась адресом.
– А что это за тип Гена?
– Это тебе и предстоит выяснить. Причем в довольно грубой и – извини! – возможно, даже несколько вульгарной форме.
Брови Насти поползли на лоб.
– И какой именно?
– Поймешь по ходу дела.
– Но я не знаю адрес Нади и…
– Узнаешь его в адресном бюро возле центрального рынка, – прервал я очередные сомнения Насти. – Там у центрального входа сидит довольно шустрая и рыжая тетя, которая за пятьдесят рублей подскажет тебе не только любой адрес, но и место, куда хозяева прячут запасной ключ. Далее, ты войдешь в квартиру…
– А если этот Гена меня не пустит?
– Какой идиот моложе сорока лет не впустит в квартиру очень красивую, промокшую и продрогшую женщину?
– Но я не продрогшая и тем более не промокшая.
– Это легко устранимо. Купишь в киоске бутылку минеральной воды и выльешь себе на голову. Потом…
– Подожди, но на улице нет дождя.
– Настенька, это просто замечательно, что на улице нет дождя! – Я повысил голос. – Если бы сейчас шел дождь, я бы от горя рвал на голове волосы! Это первое. Второе, неужели ты думаешь, что если мужчина впустил в квартиру красивую, мокрую женщину, он тут же побежит к окну, что бы проверить идет ли на улице дождь? Людям, и особенно мужчинам, свойственно верить в удачу.
– Хорошо, дальше.
– Дальше ты будешь сушиться, пить с хозяином чай и болтать о пустяках. Например, о погоде.
– О погоде лучше не надо.
– Почему?
– Потому что тогда Гена действительно может посмотреть в окно.
– Пожалуй, ты права, – согласился я. – Ну, так вот, чтобы отвлечь его от окна, ты снимешь плащ, туфли…
– А остальное? – быстро спросила Настя.
Вернувшееся к Насте хладнокровие порадовало меня. Кто бы мог подумать, что взбалмошная и смешливая Настенька, оказавшись в критической ситуации и выплакав не такую уж большую порцию слез, вдруг совершенно неожиданно превратится в женщину с холодным взглядом профессионального карточного игрока? Нет, жизнь все-таки волшебная штука и иногда она может преподносить большие сюрпризы. Боже ж ты мой!.. Ну, что, например, сможет сделать, что противопоставить какая-то там социальная революция, Великая ли французская, Наивеличайшая ли Октябрьская, или пусть просто демократическая с тем переворотом, который сейчас произошел в душе ставшей одинокой Насти? Что?!.. А ничего. Ноль. Потому что все уйдет, все рухнет, все исчезнет, а Настя останется. Именно, именно так, а не наоборот, как учат дураков в школах. Знания, говорите?.. В общем, семечки все это, ваши знания, паутинки на ветру и утренний мороз в начале июня.
– Больше ничего из одежды ты снимать не будешь, – твердо сказал я Насте. – Поскольку Коля в тюрьме, то за твой моральный облик несу ответственность я.
Настя кивнула. Я отхлебнул кофе и продолжил:
– Дальше я начну говорить загадками. Теперь спроси зачем?
– Зачем?
