— Можете считать, сегодня я его личный госпитальер.
От Фарха не укрылось, с какой нежностью чёрный священник смотрит на девушку, поэтому просто кивнул, принимая информацию к сведению.
Но Джеггу этого показалось недостаточно.
— Ты должен беречь её, как зеницу ока, Фарх.
— Как что? — беспомощно округлил глаза легионер. Никогда он не понимал этих литературных метафор. Да и пора заканчивать уже с болтовнёй.
— Как меня, — предельно доходчиво перефразировал Джегг. — Когда я вернусь, она должна быть здесь, в целости и сохранности. Понятно?
— Понятно, — покладисто кивнул Фарх.
Чего ж тут непонятного.
— Хорошо, — Джегг уже обозревал сцену своего предстоящего выступления.
Сказочный замок в стиле сказок старой Терры. Живописный парк. Несколько вспомогательных строений: видимо, для слуг и технических нужд. Отличное место, чтобы в охоту играть.
— У тебя всё готово? — обратился Джегг к Фарху.
Тот протянул священнику компактный микрофон.
— Давно. Только тебя и ждали.
Джегг проверил устройство, помедлил немного и обернулся к Астер. Произнёс на норгском:
— Если тебе не сложно… постарайся не злиться на меня в ближайшие несколько часов.
— Звучит как что-то невыполнимое, — попыталась улыбнуться Астер. И не смогла. Она уже начинала злиться. Например, за то, что Джегг напялил этот свой элитный офицерский костюм, а шлем к нему и не подумал взять.
— Мне тяжело, когда ты злишься, — его голос звучал с обезоруживающей искренностью. Просто руки опускаются. Но и раздражение тоже проходит.
Астер обняла его.
— Хорошо, Джегг, я не буду злиться. Обещаю.
Он наклонился к ней, как будто хотел поцеловать. Но не стал. Высвободился из объятий и решительно двинулся к оккупированному дворцу. Не оглядывался и на ходу заговорил на незнакомом Астер языке:
— Что ж, дети мои, вы хотели беседы со старшими, время пришло. Я действительный член конклава этой колонии. И я чёрный священник.
— Там динамик? — спросила Астер у центуриона. Голос Джегга доносился откуда-то из-за невысокого кирпичного домика со скатной кровлей: то ли домика привратника, то ли садовника.
— И не один, — подтвердил Фарх. — Если Проповедник их снайпера выманит, наши снимут.
— Я изучил ваши требования, — между тем неслось уже из-за ствола высокого дерева. — Многие из них вполне обоснованы.
Арг намётанным взглядом искал в ветвях и на крышах вспомогательных зданий спрятавшихся легионеров. Один, второй, третий… А вот тот, четвёртый, кажется, не один.
— Я гарантирую, что бомбардировки жилых кварталов будут пре…
Последнее слово потонуло в яркой вспышке. Стреляли из энергетического оружия, откуда-то из-за декоративной, закрученной спиралью башенки. Тот, кто разнёс динамик, сам мгновенно погиб в ответном залпе сразу трёх легионеров.
Четвёртый же взял на прицел чёрного священника, который как раз вышел из парка на открытую площадку перед парадным входом.
На самом деле тело четвёртого легионера с нашивкой секунда просто валялось тут же, на красной черепице, и кровь стекала прямо в водосток. Картинка впечаталась в сознание Арга, так что он мысленно продолжал оценивать полутона и оттенки красного на красном, пока руки привычно брали в захват шею стрелка. Тот дёрнулся и всё-таки нажал на спуск. Арг выругалася. Лучше бы его издалека снять, но если из бластера зарядное энергоружья задеть, так рванёт, что…
Верхогляд потратил несколько драгоценных секунд, чтобы надёжно обездвижить пленника. Кто-то из легионеров Фарха уже сюда бежит… Арг осторожно выглянул наружу и с облегчением выдохнул: чёрный священник Джегг уже скинул с себя пылающую накидку и остался в доспехе Императора Вселенной. В самом деле похож ведь! Арг издал нервный смешок. Астер разглядела его, да… А комбез и в самом деле штука отличная: прямое попадание луча выдержал. Вон, только пятно яркое на панцире осталось. Да и то остывает быстро.
Джегг перечислял требования террористов, которые готов был удовлетворить, но прекрасно знал, что вряд ли будет услышан. Бессмертные обнаруживают себя внутри периметра колонии не чтобы договариваться. А чтобы умирать. Просто хотят подороже продать свои жизни, утянуть за собой возможно более значительных людей. Ни Оберона, ни Стелию они не посчитали настолько важными персонами, чтобы всю операцию окупить. А вот дерзкий чёрный священник, говорящий на их родном языке, кажется, произвёл впечатление.
Джегг ощущал внимание, направленное на него со стороны снайперов-легионеров как лёгкие нити-щупальца. Одна из этих нитей внезапно оборвалась, но тут же её место заняла другая — обжигающе-горячая. Значит, один из легионеров мёртв. Это плохо и само по себе, но ещё и потому, что в здании, очевидно, профессионалы собрались. Подобраться к снайперу незаметно определённая сноровка нужна.
Кожу жгло знакомое ощущение: взгляд человека, намеренного его убить. Джегг дождался лёгкого изменения напряжённости внимания и плавно, будто в танце, развернулся, уходя с траектории выстрела.
А она взяла, и изменилась, эта траектория. Потому что недремлющий секунд пытается задушить стрелка.
— Вот ракшас, — тихо выругался Джегг, сдирая с себя пылающую одежду.
