В какой-то момент путник вышел на проселочную дорогу — совершенно разбитую, но все-таки дорогу, которая, как надеялся мальчик, могла вывести его прямиком в деревню. В отдельных местах на мостовой виднелись следы конных повозок, что немного утешало Артура. Возможно, ему удастся нанять в деревне экипаж. Все-таки на лошадях он бы добрался до Беру куда быстрее.
И все же… Сколько нужно было идти? Неделю? Месяц? Артур плохо себе это представлял. Рассчитывать на то, что существовала прямая дорога от деревни до столицы, было наивно. А плутать по лесу можно бесконечно. Артур возлагал большие надежды на то, что в деревне он сможет отыскать проводника и лошадей. Однако, глядя на измученных коз, он все больше сомневался в успехе своего предприятия.
Еще долгое время до смерти уставший юноша брел по разбитой дороге, покуда, наконец, вдали не замаячила темная неприступная стена, которой не было конца и края. И отнюдь не человек был виновен в ее появлении, а сама природа постаралась возвести подобную неприступную громадину. Это был тот самый таинственный лес, о котором ему рассказывал Тин. Место многообещающее и манящее, но сейчас Артур мечтал поскорее пройти его, не задерживаясь. Как бы ни был интересен путь, клипсянину хотелось убедиться, что с его друзьями все в порядке.
Он остановился на секунду передохнуть, в волнении созерцая это чудо природы. Тут было чему изумляться. Хоть Клипс, родной город Артура, и стоял у леса, но такого великолепия мальчику наблюдать еще не приходилось. Здешние деревья, казалось, были даже совсем не такого цвета, какого им полагается быть. Не зеленые, но какие-то синеватые, разлапистые, чудаковатые, как в сказке. А еще очень много сосен, можжевельников и елей. Бирюзовая листва с красным налетом от заходящего солнца трепетала под полузньским ветерком и словно бы даже издавала легкую волшебную трель, как серебряные колокольчики. И хоть Артур был еще далеко от леса, он уже различал эти манящие звуки, видел могучие стволы, с которыми могло бы сравниться разве что только беруанское древо по величию и красоте.
У подножия леса уютно примостилась маленькая бедная деревушка. Она словно бы тихонько прикорнула на ступне у своего господина — безмолвная, полуживая, где не было видно ни людей, ни скота, кроме тех коз, с которыми Артуру уже довелось повстречаться.
Созерцая все это, мальчик даже как-то и не заметил, как перед ним на дороге возник темный силуэт.
«Наконец-то человек…» — подумалось Артуру. Он ускорил шаг. Ему не хотелось спать на улице, и он надеялся до заката солнца успеть прийти на постоялый двор или же, на худой конец, остановиться переночевать у каких-нибудь добрых людей. Юноша шел довольно быстро и вскоре он поравнялся с одиноким мужчиной, неподвижно стоявшим на дороге.
Вначале путник думал было порасспрашивать незнакомца про деревню и постоялый двор. Также ему пришло в голову спросить, не видел ли тот единорогов в небе. Все-таки если школьники покинули Троссард-Холл на единорогах, этот факт вряд ли мог остаться незамеченным для жителей деревни. Однако, к его большому разочарованию, человек оказался слепым — его глаза были перетянуты черной тряпкой. Незнакомец смотрелся ужасно неприглядно: в потрепанной рубахе и фетровой шляпе, с огромным горбом на спине, который будто бы придавливал его к земле. Лицо у него поросло рыжими жёсткими волосами, напоминавшими мочалку, а руки, казалось, были одна короче другой. Перед слепым на земле одиноко валялся маленький полотняный мешочек, наполненный медными монетками.
— Подайте на хлеб, подайте, добрый человек! — с акцентом заголосил он, когда услышал шаги Артура. Тому стало жалко нищего, и он расстался с одной из своих монеток. Венгерик со звоном упал на другие монетки в мешочке, и бродяга жадно потянул носом воздух, словно деньги могли издавать какой-либо запах.
— Не подскажете, по этой дороге я дойду до центра города? — вежливо поинтересовался у нищего Артур.
— Города! — язвительно фыркнул нищий, смачно сплюнув на дорогу. — Если нашу захудалую деревню уже величают городом, то меня, наверное, можно считать самим королем! — с этими словами мужчина грубо расхохотался, видимо, весьма довольный шуткой. Впрочем, он резко оборвал свой неприятный смех и уставился на путника, словно действительно мог его видеть сквозь повязку на глазах.
— Какой молодой голос! Ты, паренек, похоже, не из местных? — подозрительно спросил нищий, зачем-то вытянув вперед клюку, на которую ранее он наваливался всем своим весом.
— Если бы я был местным, то вряд ли спрашивал у вас дорогу, — с иронией заметил Артур, сделав шаг назад. Незнакомец ему явно не понравился.
— Хм… Справедливо, — согласился с ним нищий и махнул клюкой в ту сторону, откуда только что пришел Артур. — Я знаю, что в той стороне школярей1 учат… Ты, наверное, тот самый школяр и есть, не так ли?
